Золушки из трактира на площади

И специфику моей работы понимает! А для меня это важно! Но еще важнее… – он интимно понизил голос, – для Рэда!

– Для кого? – моргнул Пип.

– Для его великовозрастного величества! – пояснил Дрюня. – Так что от дочки твоей польза будет всему королевству!

– Не понял! – напрягся повар.

Шут вскочил на ноги, одним махом поставил рядом два стула, подмигнув и потеснив Томазо и его супругу, усадил Ваниллу и, сев рядом с ее отцом, цопнул с блюда горячий мерзавчик.

– Суди сам! – откусив булочку и зажмурившись от удовольствия, заговорил он. – У нас с дочкой твоей тишь да благодать – и я склонен сочинять сонеты, которые так любит его величество, играть на китаре и рисовать акварели, что вызывают восхищение придворных дам, даже тех, кои меня терпеть ненавидят! Мы с Ваниллой в ссоре – и мои эпиграммы полны изысканного яда, остры и горьки, как свежемолотый перец, а от шуток придворные шарахаются, словно макрель от дельфина.

Пока он говорил, Пип разглядывал его исподлобья, а когда шут замолчал – не отвел взгляда.

– Папа! – проникновенно сказал Дрюня. – Да люблю я ее, Ванильку твою, неужели не ясно!

Ванилла судорожно вздохнула.

– Ах! – воскликнула Туча Клози, трепетно прижимая руки к груди. – Вот это, я понимаю, чуйство! Чуйство полета!

Она огляделась в поисках поддержки, обнаружила затихшего рядом Висту, захомутала его в объятия и одарила страстным поцелуем.

– Это по-нашенски! – заметил Дрюня и протянул Пипу раскрытую ладонь. – Благословишь?

Тот подумал с мгновенье, показал старшей дочери увесистый кулак и только после этого пожал шуту руку.

– Благословляю! – буркнул он. – Когда свадьба?

– В первую неделю осени сыграем, – подала голос Ванилла, стирая слезы радости, обильно залившие щеки.

– Мало тебя супруга-покойница лупила! – проворчал повар.

Персиана – не такая дородная, как сестрица, но по-семейному ехидная, хихикнула и показала старшенькой язык.

– Ну! – огладив огненную бороду, провозгласил Пелеван. – Значит, у нас двойной праздник! А посему предлагаю отдать должное лакомствам, приготовленным умелыми ручками нашей Бруни и ее повара.