Ночные страхи

И вот оркестр, расположившийся в нише между двумя дверями, заиграл первые такты мелодии. Кто-то прикоснулся к руке Мэрион, приглашая ее на первую фигуру. Ее партнером оказался какой-то зеленый юнец, по-своему даже милый, пылкий, жизнерадостный и добродушный, как молоденький терьер. Иными словами, совсем не ее тип мужчины, и ей хотелось поскорее от него избавиться.

Случай представился быстро. Стоя на стуле, наподобие статуи Свободы в Нью-Йоркской бухте, она держала над головой зажженную свечу. Вокруг толпились мужчины в масках, подпрыгивая, как лососи: тот, кто задует свечу, получит право на танец с факелоносицей.

Среди них был и ее рьяный юный партнер: он подпрыгивал выше других, как и опасалась Мэрион, но она зорко следила за ним и на каждый его прыжок отводила свечу подальше. У нее уже затекала рука, а кавалеры, раздосадованные упорным противодействием, заметно поумерили пыл. Нужно было срочно что-то предпринимать. Заприметив среди соискателей хозяина дома, она бессовестно сжульничала и поднесла свечу прямо к его лицу.

– Благодарю, – сказал он, когда танец закончился и они присели передохнуть. – Мне надо было согреться.

– Вы замерзли?

– Немного. А вы нет?

Мэрион на секунду задумалась.

– Пожалуй, да.

– Вот странно, – заметил хозяин дома, – огонь в каминах горит, как горел, и еще десять минут назад здесь было жарко.

Они оба оглядели зал.

– Ох, – воскликнул Мэннинг, – не удивительно, что мы озябли: там открыто окно.

Словно в ответ на его слова, порыв ветра ворвался в распахнутое окно, раздул плотную штору, как парус, сыпанул снегом на пол.

– Прошу прощения, я на минуточку вас оставлю.

Мэрион услышала, как хлопнула оконная рама, и через пару минут мистер Мэннинг вернулся и снова сел рядом с ней.

– Кому, интересно, понадобилось открывать окно? – выдохнул он, все еще ежась после контакта с морозным воздухом. – Оно было распахнуто настежь!

– Достаточно широко, чтобы кто-то мог забраться в дом с улицы?

– Да, вполне.

– А сколько нас тут должно быть? – спросила Мэрион.

 – Хотя вы, наверное, не знаете.

– Знаю. Нас…

– Не говорите, давайте мы сами всех посчитаем. Считаем наперегонки!

Они так увлеклись подсчетом гостей, что даже и не заметили, как распорядители котильона, раздававшие фанты для следующей фигуры, положили им на колени веер и записную книжку.

– Ну что, сколько вы насчитали? – воскликнули они практически одновременно.

– Семьдесят девять, – сказала Мэрион. – А вы?

– Тоже семьдесят девять.