Знакомьтесь – Тигр! Святой выходит на сцену

Саймон протянул ему пистолет.

– Вот, может пригодиться, раз поблизости бродит вооруженный грабитель, – насмешливо сказал он. – Если вы снова его встретите, надеюсь, вы не пожалеете для него свинца.

Блюм зло глянул на него.

– Не беспокойтесь, мистер Темплар, не пожалею.

Он уже выходил, когда Хопкинс осознал, что его лишили возможности арестовать вооруженного головореза, а этот холодно улыбающийся мужчина безнаказанно швырнул его через комнату, чуть не сломав руку.

– Эй, что за дела? – Манерой речи констебль напоминал Ораса.

 – Так или иначе, имел место факт нападения на полицейского!

– Когда с невиновным человеком обращаются как с преступником, его можно извинить за то, что он утратил самообладание, – парировал Саймон, беря констебля за плечо. – Уверен, что мистер Блюм со мной согласится и пожертвует вам стакан молока и пенни в вашу кубышку. Правда, мистер Блюм?

– Разумеется, – без энтузиазма согласился Блюм. – Разумеется, я должен взять ответственность за это происшествие на себя.

– Вы настоящий джентльмен, – одобрительно кивнул Саймон.

 – А теперь, как поступают воспитанные дети, покиньте этот дом и обсудите ваши дела где-нибудь на свежем воздухе.

Он подтолкнул обоих мужчин к выходу, и они повиновались. Потом закрыл за ними дверь и вернулся в гостиную.

– Моя честь отомщена. Может, отметим это еще одной порцией лимонада, а, Керн?

– Не помешало бы. Подобный успех нужно отметить. Полагаю, неуместно спрашивать, как Орасу удалось появиться так вовремя?

– Ну почему же? Орас, расскажи мистеру Керну, как ты очутился здесь в нужный момент.

Орас откашлялся.

– Я привык прогуливаться по вечерам, а окно было открыто и давало прекрасный обзор…

– Я тебе верю, Орас, – сказал Керн. – Кстати, на кухне есть немного виски.

Отсалютовав присутствующим, Орас удалился на кухню, а Саймон согнулся вдвое от беззвучного смеха.

– Орас бесподобен, – отсмеявшись, сказал он.

– Более чем, – уныло ответил Керн.

Вскоре Саймон и Патрисия ушли. Они молча прошли короткий путь до особняка, поскольку Саймон вдруг обнаружил, что его поток красноречия иссяк.

Он так и не придумал, что сказать, даже когда девушка открыла входную дверь, и решил перенести разговор на более поздний срок.

– Увидимся завтра утром? – спросил он.

– Конечно.

– Я приду после завтрака.

Вдруг Патрисия вспомнила про Агату Гиртон.

– Ты не будешь против, если я сама к тебе приду?

– Ничуть. Если я не утомлю тебя разговором, можешь остаться на обед.