Знакомьтесь – Тигр! Святой выходит на сцену

Поскольку он был вооружен и уже побил меня, я притворился, что еще пребываю в беспамятстве. Он быстро обшарил комнату, однако явно не нашел того, что искал. Когда он ушел, я последовал за ним и проследил его до этого дома. Затем я привел констебля. Вот и вся история.

– Лучше не дергайся, – посоветовал полицейский, усиливая хватку на плече Саймона.

– Ладно, – тихо сказал Саймон. – Тем не менее я требую, чтобы меня сейчас обыскали и нашли револьвер.

Блюм улыбнулся.

– Вы его выкинули. Вот он.

Керн взял оружие у Блюма и изучил его.

– Бельгийский. Ваш, мистер Темплар?

– Нет. Я принципиально не признаю огнестрельное оружие. Оно слишком шумное.

– Идем! – Констебль подтолкнул Темплара.

Саймона было нелегко вывести из себя, однако он терпеть не мог, когда его пытались запугать. Утратив на миг невозмутимость, он крутанул запястье полицейского. Вскрик, мелькание рук и ног – и Джордж Хопкинс с шумом отлетел в другой конец комнаты.

Саймон поправил галстук и посмотрел прямо в дуло револьвера, который держал Блюм.

– Тот, кто хочет жить спокойно, пусть держит свои руки подальше от меня, – сказал Саймон. – Больше так не делайте, любезный.

Констебль, пошатываясь, встал на ноги.

– Нападение на полицейского!

– Не глупите, – отрезал Саймон, вновь обретая невозмутимый вид. – Когда мы захотим услышать ваше мнение, мы вас спросим. А сейчас, Блюм, давайте обсудим ситуацию. Первый вопрос: вы были один в доме?

– Да.

– Где был Алджи?

– Он ушел навестить мисс Холм.

Это разрушило то маленькое алиби, которое Саймон хотел предложить, но он ничем не выдал своего разочарования.

– Второй вопрос: больше никто не последовал с вами за мной сюда?

– Я отказываюсь отвечать. Я уже сказал, что был дома один…

– Говорите по существу дела, – холодно приказал Саймон. – Будьте пай-мальчиком и отвечайте, когда вас спрашивают. И если, как вы утверждаете, вы были один все это время, то тогда получается ваше слово против моего. Что, если я скажу, будто пришел пообщаться с вами, а вы ударили меня револьвером и попытались украсть мои часы?

– Скажи это судье, – проворчал констебль.

– Полагаю, моя репутация выше ваших диких обвинений, – едко ответил Блюм.

– Значит, с ваших слов, мы подрались? – сказал Саймон. – Признаю, я выгляжу так, словно побывал в какой-то переделке. Может, снимете свое пальто, и проясним наконец это дело?

Блюм слегка улыбнулся и расстегнул пальто. Саймон поджал губы. Блюм выглядел так, будто его побили.