Грани прошлого

И нам полезно, – Натаниэль весомо постучал по энергетическому браслету на руке, такому же, как у Заэля на запястье. – Пока что нам удается поддерживать энергетический баланс в нашу сторону добра и любви, но демоны не дремлют. Кто знает, что они удумают в следующий раз? Хотелось бы обойтись без эпидемий чумы или какой-нибудь новой дряни, как было в прошлый раз, когда на стороне ангелов был сильный недобор. Давай я помогу, если хочешь.

– Нет! – резко возразил Заэль.

Пожалуй, даже слишком резко. Натаниэль удивленно выгнул бровь, и Заэль поспешил согнать с лица беспокойство.

– Сам справлюсь, – уже спокойнее добавил он. – Мне просто нужно было взять паузу.

Натаниэль пожал плечами и развернул на столе карту с движущимися черными и белыми точками.

– В районе, где обитает этот твой третий объект наблюдения, сегодня намечается сходка демонов, судя по докладам разведчиков.

– Цветёт и пахнет, что с ней могло случиться за три дня?

– За три дня может случится очень многое, – весомо возразил Натаниэль. – Целый мир может перевернуться с ног на голову за один день и даже час.

– Чухня все это, – зевнул Заэль. – Невозможная чухня. Моя жизнь размеренна, и каждый день похож на предыдущий, как два крыла. Разница состоит лишь в том, с кем я окажусь в постели сегодня ночью.

– Сегодня ночью твою постель согреют разве что черти да демоны, – хмыкнул Натаниэль. – Хватит прохлаждаться, дуй давай! Только, ээ… Заэль…

Тот вопросительно вскинул брови, замерев на выходе из зала.

– Дружище, ты хоть ширинку застегни, а?

Заэль фыркнул, быстро приводя себя в порядок. Потом махнул рукой на прощание и отпустил свою телесность, позволяя белоснежным крыльям вырасти за спиной. Всего несколько взмахов – и вот он уже парит высоко в небесах, рассекая крыльями облака.

Ах, как он обожал это невероятное чувство полета! Трепетание крыльев на ветру, ледяной воздух в лицо и слепящее солнце, в лучах которого хотелось купаться бесконечно. Заэль вошел в отвесное пике, стремительно приближаясь к заданной точке. От высокой скорости в ушах стоял гул, а глаза невольно заслезились, но это было, пожалуй, самое любимое времяпровождение, особенно в такую чудесную тёплую погоду.