Моя жена фея

Руслан никогда не смотрел телевизор, считая это анахронизмом, но женщины иногда трогательно цепляются за атрибуты уходящего времени, и приходится им это прощать. Поэтому по субботам и воскресеньям, а иногда и в будние дни в квартире работал телеэкран. Но на этот раз было тихо.

Обернувшись, Руслан увидел, что его жена сидит, выпрямившись на диване, и неподвижно смотрит ему в затылок.

Он встретился с ней взглядом.

– Что-то не так?

– Я хочу от тебя ребенка, – сказала она.

– Девочку или мальчика?

Она повторила:

– Я хочу ребенка.

Он развернулся к ней вместе с креслом.

– Ну, продолжай.

– Ты никогда не думал, что у нас с тобой нет семьи, вернее, уже нет. И не только у нас, во всем мире семья превращается в самообман, средство самоограничения, лишенное самостоятельной ценности. Семья деградирует. Муж и жена живут вместе не потому что они близки, а наоборот, думают, что они близки только потому что живут вместе.

Руслан с возрастающим недоумением смотрел на этого новоявленного обличителя общественных пороков.

– Так, я тоже, кажется, понял, – заключил он. – Ты посмотрела очередную душеспасительную передачу для самых маленьких. И как же ты предлагаешь нам изменить ситуацию?

– Прежде всего, ты перестанешь шляться по феям, а я перестану продавать себя.

– Может, ты предложишь и презервативом пользоваться? Хотя нет, как же мы тогда заведем ребенка.

– Я знаю, ты хочешь обидеть меня, это твоя защитная реакция. Если ты не согласен, можешь уходить, ты свободен.

– Хорошо, я подумаю, и над тем чтобы уйти, и над тем что ты сказала. Что еще?

– Ограничить себя только самым необходимым.

– Что это значит?

– Только анальный, вагинальный и оральный секс и только между нами.

– Ты больше не хочешь быть сексвайф?

– Я давно уже не сексвайф. Я перестала быть сексвайф, когда стала феей. Только ты этого не хочешь понимать, не желаешь видеть и не можешь признать это.

– Но если ты перестанешь быть феей, ты снова сможешь стать сексвайф.

– Нет, – покачав головой, сказала она. – Нет. Мы никогда уже не будем прежними.