Лес Потерянных Душ

Дров уже хватало с лихвой и Егерь присел на изувеченный пень перевести дух. Он достал монету и по-привычке начал крутить в пальцах. Через какое-то время он ощутил чье-то присутствие и настойчивый взгляд.

– Выходи, – сказал мужчина, не поворачивая головы. – Я тебя чувствую, если это можно так назвать. Чего тебе нужно?

– Чего еще может желать неупокоенная душа? – согнутая старческая фигура присела на пень неподалеку, находясь в поле видимости, но все же на безопасном расстоянии от фонаря.

– Я не помощник здесь.

– А я и не прошу, – ответил старик, улыбаясь. Странно, что он еще мог это делать. – Я никуда не спешу. Я жду своего часа. Никогда не видел таких монет.

– Они существовали еще до твоего рождения, – ответил Егерь, убирая металлический кругляшок в карман.

– Сколько же тебе лет? – с наигранным интересом спросил старик.

– Да уж постарше тебя буду, – Егерь понимал, что старик и так это знает.

– Скажи-ка мне вот что, проводник, каково это возвращаться в пустой дом, где никто тебя не ждёт? Что тебя здесь держит?

Егерь не ответил, но поднялся и начал собирать дрова.

– Ты не живой, но вроде и не мертвый, – продолжил старик. – Ты нечто. Ты переправляешь души на другой конец леса, но почему?

– Это моя работа, – сухо ответил Егерь, закидывая очередное полено на уже сгрудившуюся в руках стопку. – Освещать дорогу душам.

– И неужели тебе никогда не было интересно, что там, за бугром, куда ты отводишь этих несчастных? – хитро улыбнулся старик.

Егерь смахнул черную жесткую прядь волос, норовившую залезть в синие глаза.

– Иди уже, старик…своих дел нет?

– Какие могут быть дела у мертвого? – Хохотнул тот. – И меня зовут Михаэль, а не старик.

– Мне все равно, – огрызнулся Егерь, увидев, что фонарь вспыхнул и заморгал – душа вошла в лес. – Не до тебя мне.

Мужчина бросил дрова кучей и, захватив синий огонь, отправился вглубь леса. Сначала деревья вставали перед ним непроходимой стеной, но затем слегка расступились.

– Мужик, эта хрень двигается! Там в лесу! Ты видел это?! Видел?!

Егерь молча наблюдал, как мужчина, барахтаясь в сугробах, пытается подняться на ноги, извергая из себя странные слова. Наконец, когда ему это удалось, проводник понял, что перед ним вовсе не мужчина, а юноша.