Буква и цифра (сборник)

Невежественная в медицинских вопросах женщина решила, что Дрозинскому достаточно будет поставить ей на определенном участке желудка маленькое кольцо, и вес уйдет, как по мановению волшебной палочки. Она так ему и сказала: из операционной я должна выйти стройной. Дрозинский ей отказал.

– Я слышал другое. Дрозинский потребовал за операцию кругленькую сумму, которую Тамара собрать не смогла. Отсюда и недовольство, – заметил Лев.

– Вздор! Владислав сам пришел ко мне и сообщил о настойчивом желании пациентки получить медицинскую помощь, минуя общие правила.

– Почему вы считаете, что после неудачи с Дрозинским Тамара должна была прийти к вам?

– Потому что все недовольные пациенты так делают. Тамара же, не получив то, о чем мечтала, просто ушла из больницы. Забрала документы и заявила, что в наших услугах больше не нуждается.

– Как давно это было?

– В декабре прошлого года.

– В больнице сохранились записи?

– Не думаю. Пациентка от медицинской помощи отказалась, следовательно, и карту ее хранить незачем, – покачал головой Бобров.

– И все же проверить не помешает. Мне нужен ее адрес. Можете связаться с дежурным врачом и попросить его выяснить, имеется ли в больнице карта на Тамару?

Бобров сделал то, о чем просил полковник. Гурову повезло, карта Тамары нашлась, причем довольно быстро. Пяти минут не прошло, а он уже стал обладателем адреса, по которому была зарегистрирована Тамара Хейленгорт. Записав данные, Гуров дал знак Крячко, что пора закругляться.

– Пойдемте, Геннадий Владимирович, нам пора. Незачем злоупотреблять гостеприимством дамы, – поднялся Станислав.

Из квартиры Вероники Степановны Гуров вышел первым. За ним следовали Крячко и Бобров. Как только все трое оказались на лестничной площадке, Вероника Степановна заперлась на все замки, пообещав не выходить из дома до тех пор, пока с ней не свяжутся из местного отдела и не пришлют охрану. Ехать в Верею, на место первого преступления, было уже поздно.

Глава 4

Была глубокая ночь, когда Гуров добрался до своего дома. В прихожей горел свет. Дверь в спальню была приоткрыта. Видимо, Мария, супруга Гурова, боялась пропустить момент его возвращения, но, так и не дождавшись, уснула.