Любовь тоже убивает

– Куда это ты так вырядился? – пытаясь скрыть ехидство, спросила Таня, когда он во всей своей красе вышел из комнаты.

– У нас сегодня встреча на работе с инвесторами, – не моргнув соврал Гена, – шеф просил всех быть при параде.

– Не перестарался с парадностью?

– Вроде нет, – не заметив ничего подозрительного в словах жены, ответил он, поправив перед зеркалом галстук.

– Тогда удачи с инвесторами. Надеюсь, что среди них нет симпатичных баб?

– Какие бабы, – замельтешил он, – ты же знаешь моего шефа, он уже давно ни на кого не заглядывается.

– Да я не про него. Я о тебе беспокоюсь, как бы кто не увёл такую красоту.

– Кому я нужен, – махнул рукой Гена.

– Ну не скажи, – задумчиво произнесла Таня.

Он всегда знал, что нравится женщинам, но при этом всем своим видом демонстрировал полное равнодушие к ним, чем сбивал настрой и рушил далеко идущие планы дам. Лишь однажды, когда рискнул в начале 2000-х отправиться в самостоятельное бизнес-плавание, ощутил на себе весь ужас любви, отчаявшейся женщины, решившейся на безумный поступок.

Он не мог даже предположить, что неприметная менеджерица из фирмы, торгующей компьютерами, с которой можно было невинно поболтать о всяких глупостях, пока собирался заказ, и лица которой не вспомнил бы даже под пытками, вдруг превратиться в надоедливую бабу, готовую на любое унижение ради удовлетворения внезапно вспыхнувшей страсти. Геннадий приходил на работу, а она уже сидела на лавочке у входа в офис, под любым предлогом прорывалась к нему в кабинет, усаживалась на диван напротив стола и, ничего не говоря, ловила каждое его движение, он приказывал не пускать её, но та на следующий день всё равно каким-то образом просачивалась в офис.

– Марина, зачем ты это делаешь? – не выдержав, спросил Гена. – Чего добиваешься?

– А люблю тебя, – тихо ответила она, словно выдохнув последние жизненные силы. – Не могу без тебя жить.

– Но это детство какое-то. Мы взрослые люди… Ты же знаешь, что я женат и встречаться с тобой не буду ни при каких обстоятельствах.

– У меня тоже есть муж, но он мне больше не нужен.

– Марина, ты мне даже не нравишься. А этим преследованием всё равно ничего не изменишь.

– Тогда я умру, – равнодушно произнесла она.

– Умирай, но только не трогай больше меня, – так же равнодушно ответил Гена, и встал из-за стола.

Марина спокойно подошла к окну, подставила стул и забралась на подоконник.

– Ириша, вызови милицию! – крикнул Гена, выбежав из кабинета.