Бриллиантовая пуля

А если, предположим, он был на сто процентов уверен, что нанес смертельное ранение и делать ему в Новоленске больше нечего? Или же у него была цель не убить губернатора, а, например, попугать, чтобы стал посговорчивее? Откуда мы знаем? Мы же о мотивах ни малейшего представления не имеем! Так что списки мне приготовьте! Дальше, кто-нибудь кабинет Косолапова обыскивал? Может, там в одной из папок и лежит отгадка?

– Ну, Лев Иванович, вы даете! – всплеснул руками генерал. – Да кто бы нам дал в его бумагах копаться? Так, посмотрел я влегкую на столе, а за мной в это время секретарша наблюдала, прямо в затылок дышала, и каждое мое движение таким взглядом провожала, что я чуть дымиться не начал.

– А откуда, Юрий Петрович, мы с вами можем знать, что представляет для расследования настоящий интерес? – спросил Гуров. – Значит, я сам в кабинете посмотрю. А с женой губернатора кто-нибудь разговаривал? Вдруг было что-то такое, за что мы сможем зацепиться? Сказал он, например, что-то, или звонок был странный.

– Да как поговоришь, если она от мужа не отходит? – воскликнул Тарасов. – Сунулся я к ней было, так меня их старший сын – тот еще медведь, весь в папашу – только что за шкирку не выволок. А что я могу с ним сделать? И что я с ней могу сделать, если они со мной разговаривать не хотят? Мне тут еще работать и работать, и заиметь таких врагов я совершенно не хочу!

– Ну, со мной у них такой номер не пройдет! – разозлился Лев Иванович. – Я ни с ней, ни с ним церемониться не буду! И с секретаршей тоже! Пусть попробует мне в затылок подышать! Так что вы, Юрий Петрович, распорядитесь приготовить несколько камер.

– Лев Иванович! – в ужасе заорал Тарасов.

– Да, я – Лев Иванович! – жестко ответил Гуров. – И мне в отличие от вас здесь не жить! А поведение тех, кто отказался с вами разговаривать, лично я квалифицирую как противодействие следствию! Так что сорок восемь часов – это святое! А потом, если не поумнеют, в соответствии с УПК! – все больше и больше раздражаясь, говорил Гуров, временами страдальчески постанывая и по-прежнему держа руку у левого бока.

– Лев Иванович! Может, все-таки врача вызвать? – предложил генерал, не в силах больше безучастно смотреть на мучения Гурова.

– Я же сказал, что выпью таблетку, полежу с часок, и все пройдет, – прошептал тот.