Бойцовская честь

Отсижусь недельку-другую, посмотрю, как вся эта канитель пройдет. Потом это все уляжется, попрячусь чуток. Может быть, удастся свалить из России. На Украину, например, там счастья попробую в местной лиге боев без правил.

– Да ну ее, эту Украину, – подал голос Алекс.

– Правильно, – поддержал друга я. – Тебе что, теперь все прятаться? А мама как же?

– Мама… – Полтава вдруг осекся и замолчал. Он несколько секунд сжимал кулаки, затем промолвил: – Она сейчас не в Москве. Она даже не знает, кем я работаю. Думает, тренером.

– Понятно. И что? Пустишься в бега? Просто так уедешь?

– А что еще остается? – спросил Андрюха. – Сам знаешь, после такого скандала мне вряд ли удастся что-то сделать.

– А к ментам? – задал я вопрос.

– Все менты во власти федерации, – усмехнулся Полтава. – Даже если я к ним и обращусь – то дальше что? Ну заведут уголовное дело, ну поднимется буза. А мне-то от этого лучше? Сначала у меня заберут лицензию из-за допинга, потом затравят. Или голову кто разобьет в подъезде.

Опять же, какие у меня есть доказательства, что это федерация? А не дагестанец, например? Или кто-то поставил ставку на Магомеда и решил подстраховаться? Как такой вариант? Я-то знаю, как дела в конторе происходят! Попробуй это доказать.

– И что теперь? – поинтересовался я.

– Ладно, – вздохнул он и протянул руку. – Давай, Коля. Прости, что тебя во все это втянул. Тебя они точно не найдут, они даже не знают, как тебя зовут по-настоящему. Удачи.

– Полтава, неужели ты думаешь, что я тебя вот так просто отпущу одного?

– Колян.

 – Андрей отрицательно помотал головой. – Тебе-то в это зачем лезть? Сам подумай.

– Оставайся у меня, вместе бомжевать будем, – предложил Алекс. – Тут хорошо, тепло и никто не кусает.

– Так, во-первых, это моя квартира, – возмутился я, глядя на друга. – А во-вторых, действительно – оставайся. Что тебе на этом водохранилище-то делать?

– Нет, валить мне надо, братан, – покачав головой, упрямо сказал Андрей. Он решительно встал и двинулся в сторону прихожей.

Какое-то время ворочался в прихожей, обуваясь (наверняка тоже очень решительно), затем подал голос:

– Коля! Открой дверь!

– А хрен тебе! – хихикнул я, допивая свой чай. – Я тебя, дурака, знаю. Ключи я спрятал – вместе поедем на твое водохранилище.

– Это не смешно!

– По мне слышать, как ты возишься в прихожей, – очень смешно, – продолжал издеваться я над «решительным» Полтавским.

– Коля, я тебе нос сломаю. Дай мне выйти. Верни ключи.