Иные миры. Открывая зеркала

Порывшись во всем, до чего могли дотянуться, обеих сестер заинтересовала коробка с надписью «память». Сняв со старого стула покрывало, Вэл встряхнула его, закашлявшись от пыли, и постелила на пол, чтобы сесть. Внутри находились фотографии, письма, коробочки под украшения. Эта память была родителей. Только их двоих. Первые совместные снимки, открытки с поздравлениями друг другу. Маленькие записочки, какие-то безделушки, имеющие смысл только для них. Увиденное очень грело душу. И Вэл, и Эл задумались об одном и том же: хорошо было бы встретить когда-нибудь такого же человека и так же сильно полюбить.

Эл долго разглядывала одну из фотографий, а затем протянула ее Вэл.

– Смотри, какая мама тут красивая. Это она, беременная мной.

Вэл покашляла в кулак и насмешливо приподняла брови.

– Что? – Эл искренне удивилась, а потом, покачав головой, добавила: – да-да, и тобой тоже.

– Знаешь, ты себе не изменяешь, и откуда только в тебе это? Сомневаюсь, что мама или папа так по-идиотски шутили, – Вэл рассмеялась, прикрываясь фотографией.

– Эй! – Эл шутливо пихнула сестру. – Я, между прочим, единственный забавный человек среди нас двоих.

Вэл начала смеяться еще громче, заваливаясь на бок.

– Конечно. Падать на ровном месте, пачкать одежду едой и напитками и забывать имена людей – запредельная степень забавности, – Вэл уже не могла остановиться и во всю хохотала.

Тут Эл возразить было нечего и, заразившись смехом сестры, сразу вспомнила свое позорное падение чуть ли не перед всей школой.

– Боже, Эл, смотри! – нарушила воспоминания Вэл, крепко вцепившись ей в плечо.

– Это то, что я думаю? – проследив за взглядом сестры, Эл моментально прекратила посмеиваться.

Вэл промолчала, медленно поднявшись на ноги, но оставаясь на месте.

– Но как такое возможно? – вновь спросила Эл.

Перед ними в стене находилась аркообразная деревянная дверь с выдавленными на ней отпечатками ладоней.

– Это же не может быть наша волшебная дверь, да? – опять задала вопрос Эл. – Вэл!

– Тут нет ни одного зеркала.

– И?

– И мы откроем ее?

И тут Эл увидела в глазах сестры озорной блеск, тот, что обычно появлялся, когда она задумывала что-то нелепое.