Розовый след на сером песке

С приятными мне людьми стыдно было ложиться в кровать, чтобы не насмехались надо мною, а с неприятными, чтобы потом с гордо поднятой головой ложиться с приятными, ложиться было отвратительно. Немного запутанно, но кому надо, тот поймет.

Две недели прошли, как в тумане. Мама робко спрашивала о будущей работе и что-то советовала.

– Я возвращаюсь в Город и выхожу замуж. – Я стояла на балконе, мама возилась на кухне. Мама молчала и ждала продолжения. Я тоже молчала, потому что добавить к сказанному было нечего. Перед отъездом позвонила Виктору и сообщила номер рейса.

Он клятвенно обещал встретить и отвезти к себе домой.

…Самолет приземлился в аэропорту ровно в полночь. Стояла душная августовская ночь. Встречающих почти не было. Вокруг суетились таксисты. Орала музыка из круглосуточного кафе. Я прошла через пустой зал ожидания, обошла все скамейки на улице. Виктор не пришел. Я подождала немного, потом нашла телефонную кабинку и набрала номер. Мне ответил приятный женский голос, не тот, с которым я общалась раньше:

– Алло, добрый вечер.

Пригласите, пожалуйста, Виктора к телефону.

– А кто его спрашивает?

– Знакомая.

– А имя у знакомой есть?

– Есть. – Пауза. – Тамара.

– А зачем он Вам?

– Виктор обещал меня встретить в аэропорту, но не встретил.

– Вот что Тамара, или как Вас там. Мой муж не собирался никого встречать. Он давно спит, и будить его я не собираюсь. А Вам рекомендую больше сюда не звонить и забыть этот номер навсегда. – Пи-пи-пи.

Я повесила трубку и вышла на улицу.

До утра еще далеко. Ночная прохлада пронзила леденящим ознобом. Зубы зацокали. Может, от холода, а может – от непоправимой обиды, захлестнувшей меня. Казалось, сердце сейчас расколется на две половинки. Подняла голову. В сером небе мерцали красные точки летевшего самолета. «Это моя мечта улетает. Навсегда».

На сердце навалился огромный ком. Зашла в аптечный пункт и попросила накапать валерьянки. Медсестричка, увидев мое лицо (что-то с ним, наверное, было не так), засуетилась, положила на кушетку, стала измерить давление.

Потом мы попили чайку. Я как могла, кратко, изложила причину ночного прилета:

– Знакомый не встретил. Не смог. Утром сама поеду к нему.

– Не смог или не захотел? Что-то глаза у тебя больные, – медсестра с сомнением покачала головой. – Ну как знаешь, не хочешь говорить и не надо. – А я физически не могла вытолкнуть ни слова об «этом».

Весь день я уныло бродила по непривычно малолюдному Городу – никогда не видела его летом.