Жертвы жадности. Последний довод королей

Пришлось объяснять ему на примере «резиновых» крыс, как запускаются новые квесты и как могли пропасть охотники. Можно было бы, конечно, выгнать ударников в поле и прочесать местность, но пускай лучше использует для этого ополчение.

– Кстати, о квестах! – Ваня нахмурился. – Вечером у селения была замечена опасная тварь. По описанию похожа на зверюгу из того квеста, который мы с тобой проходили… Ты что-нибудь об этом знаешь?

– Конечно! – кивнул я. – Я её сам призвал несколько дней назад. Вот с нами она и пришла.

– А ты в курсе, что она уже дважды задрала одного и того же человека? – мрачно спросил Ваня.

– Теперь в курсе… – с неохотой кивнул я. – И кто этот везунчик?

– Да обычный мужик. Ничем особо не примечательный… – Ваня пожал плечами.

– Ну а с кем общается? Чем занимается? – Мне стало очень интересно, кто же так не приглянулся квестовому зверю. И главное, почему.

– Я народ порасспрашивал про него… Обычный разгильдяй, – Ваня неопределённо махнул рукой. – Общается с неким Турком и Никитичем…

– Ага… А как Турок выглядит? – спросил я.

– Низенький такой. С двумя подбородками и огромной родинкой на щеке, – описал Ваня.

– А тот, пострадавший, он такой длинный, худой и с орлиным носом? – поинтересовался я, вспоминая давнюю встречу.

– Да, знаешь его? – удивился Ваня.

Ну а как же! Знал я этого мужика – и он сам в этом знакомстве был виноват!

– Что, Филь, маешься? Дела себе не найдёшь? – Мужика, который это сказал, пока я тупил в кафе в обеденное время, если раньше мне и доводилось видеть, то не пришлось запоминать.

– Ты кто, болезный? – спросил я у мужика и кивнул его спутнику. – Привет, Никитич…

– Да я так… Просто здрасти сказать!.. – ухмыльнулся мужик.

– Сказал? – поинтересовался я.

– Сказал…

– В следующий раз промолчи! – попросил я и отвернулся. – За умного сойдёшь.

Мужика я запомнил. Вот теперь запомнил. Ему не повезло…

Да! Ему не повезло, потому что я всё ещё помнил этого отвратительного персонажа… И это спустя столько-то дней! Впрочем, я принципиально не забываю тех, кто слишком явно меня не любит.

– Забей. Пускай его и дальше жрут! – жизнерадостно заявил я Ване, а тот резко вздохнул, поперхнулся слюной и закашлялся.

– Филя! Да как так можно! Ты сам же говоришь – жизни и прочее… – удивился Ваня, восстановив дыхание.

– Говорю… Но, знаешь, есть люди, которых я не хочу видеть, и чьи жизни мне вот совсем не жалко, – признался я.