Жертвы жадности. Общественный договор

И мне было очень больно, но это не помешало мне вскочить на ноги, подхватить посох, лежащий рядом, и чуть не потерять свою юбку. При свете луны я различил две фигуры – женскую и мужскую.

– Ой, Лёш! Он жив! – взвизгнула девичья фигура.

– Мля! – выдала мужская в тот самый момент, когда мой посох влетел ей в солнечное сплетение.

Вы нанесли урон Игроку – Лёша: 7

Жизнь Игрока – Лёша: 153/160

Девушка завизжала, а парень сложился пополам. Вокруг раздались недовольные голоса.

– Да как так? – просипел парень, страдая от оглушения, которого ему насчитали аж 20 секунд.

Понимая, что надо объяснить зрителям, которые начали собираться вокруг нас, в чём дело, я вытащил камень из своей «кровати».

– А давай-ка я, пока ты тут валяешься, тебе этим камушком долбану? – заорал я. – Убить меня хотел?

Раздались возмущённые выкрики. Девушка перестала визжать и резво бросилась прочь. Сквозь толпу собравшихся пробилось трое мужчин.

– Что здесь происходит? – спросил один из них.

– Да вот этот! – я отвесил Лёше ещё один пинок в солнечное сплетение, продлив оглушение на пятнадцать секунд и сняв ещё несколько единиц жизни. – Убить меня со своей подружкой хотели! Кинули камень на голову, но промахнулись.

– А ты кто вообще? Я тебя что-то не помню… – проговорил второй подошедший.

– Я – Филипп. Вчера пришёл, под вечер, – представился я.

– Новенький, значит… – кивнул первый мужчина. – Ну будем знакомы, а я – Лосев.

– Ага! Смотри, плечо мне порвали! – я повернулся плечом на свет. Многострадальная ссадина выросла втрое. Вокруг наливался неприятный синяк, из раны текла кровь, а системное сообщение обещало мне сепсис и воспаление.

– Слышь, брат, тебе песец! – заметил какой-то доброхот из зрителей. – У нас был чувак с такой надписью. За три дня окочурился!

– Да, это был первый убитый ночью, – кивнул Лосев.

Теперь уже Лосев пнул незадачливого убийцу.

– Ого! – удивился он. – Сто шестьдесят очков жизни! Это у тебя уже какой уровень?

– Похоже на четвёртый-пятый… Если всё в телосложение и силу кидал, – заметил третий мужчина, который до этого молчал. – Но, скорее всего, седьмой-восьмой. Уж больно тихо и незаметно ходит. Значит, ловкость прокачивал.

– Ну вот и наш убивец, – обрадовался Лосев.