Жертвы жадности. На пути прогресса

Данные телеметрии перемещены в рабочую область по запросу Игрока.

После гордого сообщения системы, я обнаружил на периферии зрения две шкалы – энергии и жизни, а также ещё четыре кружка, частично заполненные. Судя по символам, это как раз были жажда, голод, усталость и тепло. Ага, ну я – очень догадливый парень! Всего три месяца прошло – и я, наконец, всё-таки упростил себе жизнь.

– Я могу вот так любой показатель выставить? – спросил я.

Управление интерфейсом возможно в любых вариантах и в любое время.

– Зашибись…

Варианты прекращения текущей жизни не могут осуществляться по запросу, а только в силу естественных игровых причин.

– Ага, ну ясно… – покорно кивнул я головой и полез наверх.

Лес жил обычной ночной жизнью, с головой окунаться в которую я совершенно не жаждал. Однако выхода у меня не было. Глядя на состояние своей тушки, я понимал, что жар будет только нарастать до тех пор, пока я всё-таки не загнусь. Надо было искать хоть какие-то способы выжить… Самый простой способ – пройти по краю Вараньих равнин, преодолеть лес и выбраться к берегу моря.

Но для этого мне требовалось спуститься вниз. А высота была немаленькая – метров тридцать. И вот здесь на помощь мне снова пришли лианы. Я подобрал какой-то плоский камень, которым удобно было рубить растения, оставил булаву на уступе и стал карабкаться наверх. Булава в этом деле только мешала. Если на меня нападёт высокоуровневая тушка – отбиться я всё равно не смогу.

На краю плато я выбрал дерево повыше и поразлапистей – и стал забираться туда, где можно было отрубить самую длинную лиану. Чем выше я поднимался, тем больше всяких живых существ мне попадалось: ящерицы, насекомые, птицы… Вот только сил ловить их и жрать не было совершенно – вёрткие маленькие твари!.. Лиану я нашёл и отрубил, спустив свободный конец вниз. До земли она не доставала метра три, но там уж я обещал себе справиться.

Всё время спуска я с тревогой косился на так и не восстановившуюся до конца жизнь, на мигающие красноватым светом иконки голода и жажды, но главное – на стремительно уменьшающуюся энергию, гадая, что кончится раньше: она или спуск? Последние пару метров по лиане я спускался, наплевав на ссадины и порезы на ладонях. И только приземлившись и с облегчением вздохнув, понял, что всё-таки оставил булаву на уступе.