Жертвы жадности. На пути прогресса

 – Пристально смотрит на нас.

– Значит, ему требуется зрительный контакт, – сказал Дойч. – Попробуй что-нибудь сделать!

– Ничего пока не могу! Только головой вертеть… – посетовал я.

И понял, что соврал – у меня уже начали двигаться пальцы. Я сосредоточился на правой руке, в которой была зажата пригоршня камушков, и вскоре стал медленно и дёргано её поднимать. К этому времени новых успехов достигли и Борборыч с Дойчем. Оба, наконец, сумели разогнуться из согбенного и унизительного положения.

Спустя пару минут судорожного подёргивания у меня начала нормально двигаться рука, и я рискнул кинуть один из зажатых в кулаке камушков в бронемишку. Но тот и ухом не повёл, продолжая упорно таращиться на наш отряд. Тогда я кинул камушек ему за спину. Тот упал в какие-то кусты и ожидаемо зашуршал в них. Зверь дёрнулся, но взгляда не отвёл, хотя глазёнки у него прямо забегали-забегали! Я кинул ещё один камушек, стараясь положить его поближе, но тот упал почти беззвучно…

– Кидай чуть левее! – посоветовал Борборыч.

Третий камень снова выдал негромкий треск и шуршание. Медведю всё-таки расклад не понравился, и он начал нервно дёргать полукруглыми ушками и махать хвостом.

– Давай-давай! – подбодрил меня Борборыч. – Пусть хоть на секунду взгляд отведёт! А мы уж начнём бой!

Вдруг стало неожиданно жутко… Совсем как в тот прошлый раз, когда медведь к нам приближался… Скрипнув зубами, я отмахнулся от гадкого ощущения – в конце концов, мужик я или тварь дрожащая? – и кинул ещё два камня, один за другим.

Кто-то из ударников пришёл в себя почти мгновенно, быстро метнув дротик, который увяз в шерсти на заднице бронемишки. К сожалению, наш акт агрессии система нападением не посчитала.

Группа игроков атакует зверя – бронемишка дологнисский! Доведите дело до конца, лентяи!

Зверь обиженно заревел и рванул в нашу сторону прямо с обрыва. А мы кинулись врассыпную, стараясь окружить противника со всех сторон. У меня даже возникло желание снова зареветь и испугать его, но я решил, что на этот раз система оставила весьма дельное замечание.