Жертвы жадности. Беззаконие и отвага

Подойдя ко второй группе прибывших, я, наконец, внимательно всех осмотрел и пересчитал по головам. Шесть девушек и тринадцать парней. Все не старше тридцати… Парни были одеты в классический местный прикид «от бандитюр» – кожа плохой выделки и костяные элементы брони. Из оружия – костяные ножи, обожжённые колья и каменные топорики.

Девушки выглядели поприличнее. Юбки из тонких шкур и какие-то обмотки на ногах. Ножи у них тоже были, но никакого другого оружия не имелось.

– Ну-с, молодые люди, с чем пожаловали? – поинтересовался Котов, на которого переложили ведение переговоров. – Кто такие, как зовут? Я – Котов, глава ополчения, рядом со мной глава посёлка – Кирилл, и его заместитель – Филипп.

– А нам сказали, что тут трое правителей… – начал главарь, но осёкся. – Меня Тубиком кличут… А вообще я Андрей. Мы вот хотели… Ну это…

– Давай чётко, как в армии, – поморщившись, попросил Котов.

– Мы к вам попроситься хотели! – выступила вперёд девушка, проигнорировав недовольный взгляд Тубика. – Вы же с Альянсом на ножах! А они нас уже совсем достали своими наездами…

– Да… – Тубик кивнул. – Всё так и есть! Мы клан организовали. Полянку забили. А потом пришли эти… от Альянса и стали давить. Мы сначала сопротивлялись, а потом согласились присоединиться. Но нам с ними не по пути… Мы, если что, никогда рабов не держали!

Последнее Тубик выпалил очень поспешно, заметив, как Котов начал хмуриться.

– Рабов не держали – это хорошо… – кивнул он. – Зато наверняка людей убивали, кто на вашу полянку приходил!

Тубик виновато развёл руками:

– Мы сначала подобру просили свалить, а только потом драться лезли. Но убивали, конечно…

Котов покачал головой и повернулся к Кириллу:

– Я их не возьму! В ополчении они как волки в отаре.

Кирилл кивнул. Парни с девушками расстроенно переглядывались, прощаясь с надеждой на гражданство в Мысе.

– Филь? – Котов и Кирилл посмотрели на меня.

А я задумался… Ещё пару дней назад я бы послал их лесом – и был бы прав. Вот как Котов сейчас! И ведь я прекрасно понимал, почему наш глава ополчения выступил против приёма этих мальчиков и девочек.