Тоннели спасения

– Вот сволочь, – Фёдор коротко высказал своё отношение к упомянутому ювелиру, – Это как это он?

Пётр напомнил друзьям события пятилетней давности, когда он должен был ехать в Ригу за огранёнными алмазами и, якобы погиб в автокатастрофе, свалившись в реку вместе с машиной и водителем. Потом он зачитал отчёт частного детектива и фыдал прослушать его записи.

Прослушав показания свидетелей, друзья-великаны сидели чуть пришибленные свалившейся на них новостью, тупо уставившись на замолчавший диктофон.

– Что будем делать? – наконец выдавил реплику Алексей.

– Я думаю, – выдвинул идею Пётр, – нам стоит навестить господина Листера в его рижском офисе и спросить за всё.

– Я за! – Фёдор поднял руку, как школьник, готовый ответить выученный урок.

– Я тоже за! – Алексей выразил своё согласие аналогичным способом.

Глава пятая

Секретарша робко постучалась в дверь кабинета владельца ювелирного дома и неслышно ступая вошла, получив на то разрешение.

– Герша Моисеевич, там в приёмной гости из Витебска, – сообщила девушка.

– Из Витебска? – переспросил хозяин кабинета.

– Да, – подтвердила секретарша.

– Ну что ж, проси, – приказал Гирша Листер, – не дело держать гостей в приёмной.

В кабинет вошли три человека: парень лет двадцати пяти, среднего роста и два молодых человека под два метра ростом, богатырского телосложения. В помещении сразу стало тесно.

– Доброго дня вам, Герша Моисеевич, – радушно улыбаясь произнёс самый низкорослый из гостей, делая шаг вперёд и протягивая руку для пожатия.

Только вот если бы кто-то со стороны взглянул на господина Листера, то он сильно усомнился бы что день у него начался удачно. Смуглая от рождения кожа ювелирного боса вдруг стала пепельно-серого цвета, а слегка выпуклые от рождения глаза в одночасье превратились в два кофейных блюдца. Господин Листер неестественно выпрямился с прогибом назад, нащупал, не оборачиваясь, спинку своего кресла и буквально рухнул в него.

– Герша Моисеевич, – спросил голосом Аркадия Райкина все тот же гость, продолжая широко улыбаться, – что с вами случивши? Что-то вы в лице переменивши? Никак вы заболевши?

– Пётр Антонович, вы!? – хозяин кабинета наконец родил членораздельную фразу.

– Я, – с готовностью подтвердил Пётр Антонович.