Испанский оракул. Книга 3.2

Да и сама конечная станция находилась в двух кварталах от цеха по производству медикаментов.

В парке Естасьо дель Норт, который находится недалеко от станции метро и мимо которого лежал путь к цеху, проходил какой-то митинг при стечении большого количества людей. Большинство из них имели за плечами винтовки. Чёрно-красные знамёна, сшитые из двух разноцветных прямоугольных треугольников c огромными белыми буквами СNT. Такие же двухцветные шейные платки, повязанные как пионерские галстуки, и пилотки наводили на мысль, что здесь собрались вооружённые люди одной партии.

Кроме флагов, присутствовали транспаранты с призывом «На Сарагосу». В своей основной массе ополченцы красовались в синих и голубых рабочих комбинезонах.

Пётр вошёл в Сеть и выяснил, что буквы на чёрно-красных флагах являлись аббревиатурой названия Испанской Конфедерации Анархо-Синдикалистских Профсоюзов.

Действия руководства партии внушало уважение. Прошло лишь один день с начала националистического мятежа, а уже сформированы вооружённые отряды для борьбы с контрреволюцией.

Пётр и компания без остановки прошла мимо парка. Им было не до митинга. Случилось то, чего больше всего боялся Пётр: двери в офис оказались запертыми. Никаких табличек или пояснительных записок о причинах не присутствия отсутствовали.

Роберт ради приличия подёргал ручку и постучал в дверь. Четвёрка уже собралась идти в цех со стороны грузовых ворот, как плотная штора зашевелилась и в окне появилось озабоченное лицо. Оно посмотрело на четвёрку людей, стоящих на улице, и разинуло от удивления рот.

Зависнув в оцепенении на несколько секунд, лицо ошарашено рассматривало посетителей, но быстро справилось с шоком и скрылось за шторой. Вскоре послышался скрип отпираемого замка.

– Пётр Антонович, Роберт Карлович, вы?! – пролепетал он, – Но как? Откуда?

Анджан внимательно рассматривал открывшего дверь человека.

– Александр Васильевич?! – в свою очередь выказал удивление Пётр. – Вы?!

Пред вновь прибывшими действительно стоял Александр Васильевич Зубарев, только значительно забуревший, потерявший былую молодость и офицерскую выправку.

– Проходите, пожалуйста, уважаемые дамы и господа, – засуетился Зубарев, широко распахивая дверь.

– А где Фёдор Фёдорович и Ревекка Моисеевна? – поинтересовался Пётр, когда все уселись за длинным офисным столом?

– На митинге П.О.У.М.*, – ответил Александр Васильевич и добавил, – на площади Тетуан.