Слово идальго. Карибское море

Наконец перешли непосредственно к верховой езде – следуя советам наставника, Артём уловил ритм шага и неожиданно для себя ощутил от поездки неповторимое удовольствие. Неспешная прогулка по окраине города располагала к беседе, и он принялся расспрашивать о жизни в этих краях. Вспомнился первый день в этом мире и неправедно полученные деньги у далёкого теперь торговца лошадьми.

– Торговля андалузцами должна приносить хорошие деньги? – как бы между прочим спросил он.

– Не надо путать цену на этих красавцев с реальной прибылью, – недовольно ответил Доменико.

 – Здесь спрос невелик и нет смысла заниматься этим делом. Выручают манильские галеоны.

– Что за манильские галеоны? Никогда о них не слышал, – поинтересовался Артём.

– Каждую весну с Филиппин выходит эскадра в сотню кораблей с годовой добычей золота. Вы не знали? Хм… Наверное, на дворцовых балах говорят только о женщинах! – усмехнулся торговец.

Ни хрена себе! Сто галеонов с золотом! Обалдеть! Или здесь имеет место преувеличение? На всякий случай Артём переспросил:

– Вы уверены в столь огромном количестве золота с Филиппин?

Доменико озадаченно покосился, но, заметив искреннее недоумение, принялся пояснять:

– Манила является торговым центром всего Азиатского региона, там не только добывают золото, но и чеканят пистоли.

Из Китая туда везут жемчуг, фарфор и ткани, из Бирмы рубины и слоновую кость, сапфиры из Цейлона, пряности из Индонезии и так далее.

Артём впал в ступор, он знал про злато-серебро из Америки, а Манила ассоциировалась лишь с дешёвыми моряками.

Не хило развернулись испанцы! Но сотня галеонов с дорогостоящими товарами, вероятнее всего, домысел.

– Что-то не верится. Вряд ли годовой добычи золота хватит на покупку такого количества колониальных товаров, – засомневался он.

– После гибели во время тайфуна одного из кораблей вышел указ короля: по нему каждый галеон берёт казённых товаров не более чем на три четверти миллиона пистолей, – ответил Доменико.

Круто! Ежегодно по семьдесят пять миллионов только из Азии! Годовой бюджет России этого периода составлял всего девять миллионов рублей[12 - Денежной реформой Пётр I приравнял рубль к пистолю, до реформы 1 пистоль равнялся 64 копейкам, с конца XVI века испанская денежная система стала эталоном для всех европейских стран, на Руси эталоном считался персидский дирхам.

]. К примеру, русский золотой рубль практически не имел хождения из-за крошечного размера, он весил всего четыре грамма.