Слово идальго. Карибское море

Слегка изогнутая (или вообще без изгибов) абордажная сабля известна несколькими названиями, в том числе абордажный палаш и абордажный тесак. Навыков боя на длинноклинковом оружии у Артёма не было вообще – в армии его учили больше полагаться на огнестрел, а нож рассматривался как специфическое оружие последнего шанса или «отмычка» для снятия часовых. В общем, без посторонней помощи овладеть тесаком невозможно. А «палить легенду» доблестного гвардейца, которая уже неплохо «прокатила» среди местного населения, как женского пола, так и мужского, прося кого-то преподать уроки фехтования, было бы просто катастрофой.

Гвардейский офицер должен владеть любым современным видом оружия, как холодного, так и огнестрельного!

– Сеньор, сеньор, – настойчивое обращение вырвало Артёма из размышлений, – я ваш новый личный слуга.

Быстро Джиозетта крутанулась: после их разговора прошло три часа, а перед ним стояли опрятный дяденька с саквояжем и крепкий парень с солдатским мешком. Говоря о слуге и денщике, он подразумевал одного человека, а получил двух.

А не разорится ли он на жалованье? Надо уточнить их навыки и стоимость найма.

– Прошу представиться и вкратце рассказать о себе, – приказал Артём.

Личный слуга немного помялся, переложил саквояж из левой руки в правую, затем обратно и, опустив глаза, заговорил:

– Меня зовут Дидье из Лиможа, где я по праву считался лучшим цирюльником. Конкуренты написали ложный донос, обвинив в связях с гугенотами. Пришлось бежать и садиться на первый уходящий в Новый Свет корабль.

Здесь работаю за еду, услышав о вакансии слуги, первым прибежал к господину Лудовико Дольсе.

Артём одобрительно улыбнулся беглому французу и посмотрел на солдата. Тот ответил прямым взглядом и отрывисто заговорил, словно на плацу:

– Этьен из Сижана. Сержант пятой роты второго батальона Наваррского полка. Во время подавления восстания в Севеннских горах отказался колоть штыком пленных крестьян, за что приговорён к виселице.

Бежал. Здесь зарабатывал на жизнь охраной караванов, в том числе сопровождал господина Лудовико Дольсе.

Оба французы, и оба случайно или умышленно обошли стороной французскую колонию на острове Гаити! Хотя их не стоит опасаться, для жулья здесь найдутся более привлекательные места, чем прислуживать бедному дворянину. Вместе с тем следует отметить деликатность мажордома, который изначально оградил кабальеро от контактов с соотечественниками.