Свет тысячи звёзд

– Ее серьезно зовут Харпер? – тихо спрашивает Бекка и касается моей татуировки, на которой между сухими ветвями написаны слова: «Убить пересмешника». Любимая обложка Эммы книги Харпер Ли. – Это очень жутко. Словно…

«Зов с того света», – мысленно заканчиваю я предложение и киваю.

– Что случилось? – мягко спрашивает Бекка.

Если бы я знал.

– Между нами что-то есть, – я кидаю полотенце, лежащее на полу, идеальным трехочковым в корзину для белья рядом с дверью и провожу рукой по волосам. По крайней мере хочу в это верить.

Даже если отказ Харпер и ее повторный побег противоречат этому. – Мы почти поцеловались.

– Но она сбежала?

Я киваю.

– Ты действительно не привык бороться за девушку, – тихо смеется Бекка.

– Я сорвал лекцию, чтобы получить ее номер.

– Это не борьба, а позерство. Она просто отличается от легкомысленных девчонок, с которыми ты обычно флиртуешь, которые готовы остолбенеть от безумия, когда ты просто смотришь на них, – она пожимает плечами в извинение, потому что произносит нелестную правду.

 – По твоим словам это нечто особенное, – Бекка касается меня ногой. – Она заставила тебя добровольно пойти в библиотеку. Несколько раз. Так что здесь я с тобой согласна.

Я качаю головой и кривлю лицо в гримасе.

– И к чему это привело?

– Возможно, тебе стоит пересмотреть свою тактику. Она не доверяет тебе, что, впрочем, позволяет проникнуться к ней симпатией. Не используй свои стандартные приемы хоть раз. Не подкатывай к ней. Действуй без гонора.

Без давления. Дай ей возможность узнать тебя. Настоящего. Какой ты на самом деле. Чтобы она увидела тебя так же, как я.

– Как брата? – я недоверчиво приподнимаю бровь. – В твоем плане есть недочет, Бекка.

– Очень смешно. Конечно, не как брата, но она должна познакомиться с настоящим Эштоном. Просто будь собой. И медленно нажимай на тормоз, – она подмигивает мне.

– Если ты обещаешь мне сделать то же самое, – я качаю головой и продолжаю: – Будь честна с Уиллом, но вместо педали тормоза дави на газ.

Подруга встает и на мгновение прижимает меня к себе.

– Договорились, – тихо шепчет она, и я чувствую, как много для нее значит ситуация с Уиллом. Если он разобьет ей сердце, мне, к сожалению, придется разбить ему лицо. Неважно, лучший он друг или нет.

– Здесь частная вечеринка? – словно услышав, что мы говорили о нем, Уилл заглядывает через дверную щель и протискивается к нам. – Я трижды победил тебя, – обращается он ко мне.