Период полураспада. В ядерном аду

 – Так как же нам быть? Может, я своих помощников пришлю для демонтажа? Заодно и станок разберут – его ведь тоже чинить надо?

– Давай присылай. Хочешь, прямо сейчас?

– Нет, сейчас не выйдет! Ребятишки мои заняты… э-э-э… делом, – усмехнулся Толик. – Давай завтра с утра. Вы вообще здесь надолго?

– Может, так выйдет, что надолго! – осторожно ответил Пашка.

– Вот и славно! Может, тебе что-нибудь из стволов нужно?

– Пожалуй, нет… – подумав, ответил Паша. – Может, несколько магазинов под «семерку»? Новые есть?

– Нет, – сразу, не задумываясь, ответил Пичугин.

 – Только старье битое-перебитое. Пластика вообще нет. Жестянка старая, ту, что сразу после Войны с мобскладов достали.

– Жаль, – без огорчения сказал Пашка. Имевшиеся в его собственности магазины его вполне устраивали. – Но если вдруг появятся новые – ты мне свистни!

– Заметано! – ответил Великан, и они пожали друг другу руки.

– Ну что, теперь-то по бабам? – спросил Вратарь, когда они вышли из магазина.

– Теперь пожрать! – уверенно ответил Паша, поудобнее перехватывая сверток с патронами. – Есть здесь место, где хорошая жратва? Я угощаю!

– Есть, конечно, как не быть! – понимающе усмехнулся Юра. – Пойдем покажу!

Они пересекли площадь и поднялись на крыльцо нарядного одноэтажного дома под свежепокрашенной жестяной крышей. Столбики и перила крыльца были покрыты красивой резьбой. Широкая и высокая дверь украшена декоративными медными полосами с массивными заклепками.

А посередине красовалась деревянная табличка затейливой формы. Надпись на ней гласила: «Таверна «Красная площадь».

– Я так понимаю, что это тоже заведение первого класса? – вполголоса спросил Паша, когда они, переступив порог, оглядывали помещение.

Обстановка внушала уважение – просторный светлый зал был заполнен не грубой самопальной мебелью, а изящными столами и стульями фабричной довоенной выделки. На отполированных дощатых стенах висели какие-то картинки в рамах.

В углах стояли кусты (так показалось неискушенному в декоре Павлу) в кадках.

– Высшего класса! – довольный произведенным эффектом, ухмыльнулся Вратарь. – Здесь сам наш князюшко Борис не брезгует откушать! Правда, сегодня ты его не увидишь – в отъезде сердечный, все трудится, аки пчелка, чтобы нам, мудакам, жилось лучше!

Зал был пуст, только у самой дальней от входа стены сидела компания из четырех человек.