Межлуние

Рано или поздно кто-нибудь из мужчин пытался обхватить за талию проходящую мимо девушку, и та вырывалась на радость остальным. Знали бы конюхи, что именно этого кухарки и добивались…

Ополаскивая котел и вымывая исколовший пальцы песок, Маргарита заметила появление Лидии.

– Дармоедка, – вздернув нос, процедила эта особа, чувствующая себя королевой.

Маргарита стиснула зубы, удержавшись от ответа, хотя ее затрясло от клокочущей внутри жгучей ненависти.

– Смотри на меня, когда с тобой разговариваю!

Не дожидаясь, пока Маргарита обернется, Лидия схватила первый попавшийся ковш и выплеснула его содержимое на спину девушке.

Только спустя мгновение она поняла, что это был кипяток.

Мир подернуло багровой пеленой боли и обиды. Издав нечеловеческий крик, Маргарита бросилась на обидчицу, вцепившись в нее так, что прибежавшие на вопли мужчины не без труда оттащили ее в сторону. Отец наклонился над плачущей дочерью с исцарапанным лицом и, отведя ее руки в стороны, убедился, что глаза остались целы.

Затем он шагнул к Маргарите и, ухватив за локоть, поволок ее на двор.

– Ей, Марко, ты чего? – окликнул друга повар, отдавший мокрое полотенце Лидии.

– Отвали, – бросил старший конюх через плечо.

Остальные мужчины не осмелились ему перечить.

Заломив руку девушке, конюх отвел ее к пустующей привязи и выхватил плеть из-за голенища сапога. Не замечая рыданий и не выбирая места, по которому бил, он обрушил на Маргариту шквал сильных ударов, оставляющих кровавые полосы.

В какой-то момент, забыв о самосохранении, девушке бросилась на него в звериной, отчаянной попытке противостоять заведомо более могущественному врагу. Отбросив ее в сторону, Марко взглянул на прокушенную кисть и продолжил истязать девушку, с воем корчующуюся на земле.

Вышедшие за ним мужчины пытались убедить его остановиться и переглядывались между собой, не решаясь вступиться.

– Ты же убьешь ее!

– Так ей и надо, – огрызнулся тяжело дышащий Марко.

Он нанес еще несколько ударов.

– Что здесь происходит? – прозвучал требовательный голос.

К ним подходила Эмира, державшая в поводу лошадь. Леди как всегда была в строгом и элегантном костюме наездника, подчеркивающем ее решительность, подкрепленную шпагой и бриатским пистолетом за поясом. Увидев лежащую на земле Маргариту в оборванном платье, она приняла ее за мальчишку, над которым склонился Марко с плетью в руке. Затем она почуяла кровь и насторожилась.