Межлуние

Я взрослел в предместьях Сан-Домино, – добавил архиагент, увидев, как нахмурился возничий.

Пару минут Тарлаттус наслаждался тишиной, а старик набивал в трубку свежий табак и на какое-то время потерял интерес к разговору.

Клирик засунул руку в карман и, сжав в кулаке четки, почувствовал, как стальной Лик Смирения, один из символов веры, оставил на ладони отпечаток.

«Лишь бы старик не догадался, кто я на самом деле», – подумал Тарлаттус, удержав в себе возмущение и… ужас. Наверное, так себя чувствует подросток, впервые утопивший котят и услышавший за спиной приближающиеся шаги.

– Позвольте, сеньор, дам совет. Если направляетесь в Рогену, то сверните на Винсию.

– Почему?

Старик закурил и, неодобрительно покачав головой, оглянулся на клирика.

– Разве вы не слышали, сеньор? До нас добралась инквизиция.

«Как не вовремя, – с раздражением отметил про себя архиагент. – А если ее схватят раньше меня?» – испугался он.

– Дорогой Пабло, мы можем поехать быстрее?

– Ну… дальше дорога идет под гору.

Сеньор, а к чему такая спешка?

– Не хочу попасть на допрос, – сумрачным голосом ответил Тарлаттус.

Неприятно сознавать, что его опередили. Он представил себе психологический портрет Аэрин и с его помощью попытался понять, куда направится девушка, узнав о приближении смертельной опасности. Может быть, затеряется среди беженцев? Новые порядки мало кому понравились, и, узнав о вилонских казнях, некоторые семьи задумались о переезде в Футр. Она могла бы пристать к одной из них и добраться до безопасного места.

Меньше чем через час он слез с телеги у дорожной развилки. Расплачиваясь со стариком, клирик выяснил, по какой дороге не стоит идти, если он не хочет попасть в Полтишь.

– Мучас грасьяс, сеньор! – произнес Пабло, получив больше, чем он просил.

– За спешку, – ответил Тарлаттус и осмотрел окрестности.

Панораму волнистых полей, стелющихся меж холмов, портил придорожный кабак. Клирик поморщился. Ему не хотелось разговаривать с пьяными пеонами, и он прогулялся перед зданием, обходя повозки и дилижансы и привычно прислушиваясь к разговорам.

Спрашивать напрямую смысла не было, поскольку последние события не обсуждал только ленивый. Узнав последние вести, щедро приправленные острым, как халапеньо, соусом из слухов и домыслов, Тарлаттус закинул на плечи походную суму. Найти попутчиков не представлялось возможным, а возничие, какие бы деньги ни предлагал архиагент, отказались поехать в нужном направлении.