Андруша

В особенности на втором этаже, потому что оттуда был виден замок Ланнистеров, что придавало любой попойке статус пира, и еще потому, что ответ на вопрос: «Ты где?» – «Эрмитаж – второй этаж» – стал символом дворового духа и причастности к чему-то общему и большому.

Ярослав закончил рассказывать об этом уже в подъезде и особо отметил, что на лестничной площадке куда ни плюнь – чисто! Потому что не плюют. Потому что чисто. Потому что Эрмитаж. Этот факт произвел на слушателей большее впечатление, чем сами полутораметровые викинги и рыцари.

Все-таки дворовая шпана чистюль – это плачущий на выпускном отец, это вэдэвэшник со сладкой ватой, это улыбнувшийся Сергей Лавров.

Исключительно одухотворенные, гости Ярослава зашли за ним в квартиру. Запахло псиной.

– Ути, кто у нас тут такой хороший! Это ж этот, как из «Маски», курт-рассел-терьер! – наклонилась к прибежавшему и извивающемуся на паркете животному Яна.

Вскоре после прихода гостей джек-рассел Барни в самом деле примерил на себя маску.

Пес опробовал роль судебного пристава, произведя опись обуви друзей хозяина. Но об этом никто не узнал: Ярик накладывал в миску корм для питомца, а гости доставали из пакетов корм для себя.

– А у вас в Чехии оливки и маслины – это одно и то же? – Яна решила извести Андрушу расспросами и обнажила свою пустяшную, но отвратительную черту: если она занималась делом, окончания которого ждут окружающие – одевалась, допивала или доставала из пакетов лакомства, – но вдруг начинала разговаривать, то тотчас прерывала свои действия, заставляя раздраженную публику покашливать или шмыгать носом.

Вика отобрала у медлительной подруги пакет и профессионально опустошила.

– Нормальная такая поляна! – Ярик подошел от миски Барни к столу. – В пакетах меньше было. Не зря на курсы дизайна ходила – так разложить… – намекнул на хобби Вики Че.

И ведь не поспоришь. Вика, будто поднаторевшая торговка в кулинарии, умело распределяющая по плову горстку мяса так, что его кажется много, смогла создать видимость богатого стола.

В меню же было всего ничего: 0,7 водки, две бутылки белого полусладкого, две банки оливок, треугольник сыра, лимон, банка маринованных огурцов, полпалки твердой колбасы и хлеб. А, ну и сок.

Ярослав обогатил стол шпротами и предложил разогреть вчерашнюю, но от этого не менее фирменную паэлью. Девушки от кушанья отказались. Они верили, что паэлья очень вкусная, но брезговали.