Завещание Короля Вельта

В ней показалась худощавая физиономия с обвислыми щеками и глубоко посаженными глазами, отчего те, казалось, взирают на мир из темных провалов кратеров-глазниц. Физиономия принадлежала администратору Сосновскому.

– Витольд Андреевич, пятнадцать минут, – чуть резковато бросил Сосновский.

– Угу, – отозвался Витольд, не отрываясь от зеркала. Грим ложился не совсем так, как хотелось.

– Не задерживайтесь. Вы сегодня подменяете Парского.

– Я в курсе, – буркнул Витольд, кладя кисточку на столик и придирчиво разглядывая свое отражение.

– Ну-ну, не надо так пессимистично. У вас все еще впереди, молодой человек.

– Очень надеюсь, – нахмурился Витольд и поднялся из кресла, оглядывая себя в последний раз.

– Не задерживайтесь.

– Да иду я, иду! – вздохнул Витольд, но дверь уже затворилась.

– Так, девочки, десять минут до начала. Торопимся, торопимся… – донеслось из коридора. Послышались голоса и смех.

Парский исполнял роль Меркуцио, одного из друзей Ромео.

А кому нужен Земсков? Кто он такой? В театре без году неделя. Ну и что, что диплом красный, да и таланта поболе, чем у Парского.

Нет, насчет таланта, конечно, Витольд не сам придумал – манией величия не страдает, но цену себе знает. Просто многие ему говорят про его талант. А толку? Ноль! Четыре года на второстепенных ролях, да на подменах: кто ногу подвернул, у кого воспаление легких приключилось, а у кого и бзик неожиданный на почве мании величия – это не буду, то мне не нравится, а это не хочу.

Однако Витольд не жаловался. Не в его характере было жаловаться и пенять на судьбу. Он все еще надеялся, что когда-нибудь все-таки придет и его звездный час, и потому работал, работал и еще раз работал, до семи потов, до пара из ушей. А Меркуцио, если уж разобраться, тоже вовсе неплохо.

Несколько повеселев и отбросив грустные размышления, Витольд подтянул трико, вышел в коридор и влился в шумную, шуршащую пышными нарядными одеждами толпу спешащих в направлении сцены артистов.

И тут кто-то осторожно подхватил Витольда под локоть и потянул в сторону. Витольд обернулся. У стены стоял невысокий, плечистый человек в черном костюме-двойке.