Не взывая к закону

Она отошла в сторонку, вынула из кармана халата пачку сигарет, вытянув одну – тонкую, длинную, с коричневым фильтром, щелкнула газовой зажигалкой «Мальборо».

Очередь перед автоматом растворилась быстро. Набрав номер, Ситникова услышала знакомый голос:

– Отдел снабжения!

– Это я, – покосившись на прислушивающуюся к разговору старушку с зажатой в сухих пальцах двушкой, сказала Елена.

– Здравствуйте, здравствуйте, Федор Петрович! – разлился радушием голос на другом конце провода. – Как ваши дела? Накладные все подписали?

Когда собеседник назвал ее Федором Петровичем, на лице Ситниковой появилась ироническая гримаса.

И хотя тот всегда в телефонных разговорах обращался подобным образом, лишь изредка варьируя имена и отчества, Елена не стала высказываться по поводу слегка раздражающей чрезмерной конспирации, коротко спросила:

– Поступил?

– На подходе, Федор Петрович, на подходе! – Собеседник кричал так громко, что Елена бросила еще один взгляд на старушку, плотнее прижала трубку.

 – Думаю, решим ваш вопрос! Поможем как-нибудь родственному тресту! Все мы люди, все человеки, должны помогать! – продолжал собеседник.

– Когда? – перебила его Ситникова.

– На подходе!

– Как поступит – звоните, – сказала Ситникова и повесила трубку.

Вернувшись в киоск, она сняла табличку, с вежливой улыбкой принялась обслуживать подоспевших к открытию покупателей. Людям было приятно видеть перед собой миловидную обходительную продавщицу, которая обслуживала быстро и к тому же сообщала вес покупки лишь после того, как стрелка весов прочно замирала на каком-нибудь делении.

Елена Николаевна не имела мелочной привычки обвешивать.

ГЛАВА 4

Крупноносое, изрезанное причудливыми бороздами морщин лицо начальника отдела снабжения Ефимова осветилось самой благожелательной улыбкой. Он провел по голове двумя ладонями, словно легким массажем хотел придать голому черепу более правильные очертания, поднялся навстречу нерешительным гостям, замершим у порога его маленького кабинетика.

– Проходите, любезные… Прошу! Прошу! – чуть растягивая слова, пригласил он хриплым баском. – Очень рад!

Он и на самом деле обрадовался, увидев физиономии посланцев бригадира шабашников. Когда тот позвонил накануне и сказал, что ему вырезали аппендицит и он лежит в больнице, Ефимов заподозрил недоброе и долго не соглашался иметь дело с кем-нибудь другим.