Невероятные приключения следователя Халдея

На утреннем совещании, он доложил начальнику о результатах наведения справок по заявителю Воробьянинове.

«Я так и предполагала», – сказала Нелли Николаевна, – пусть пока, полежит твое объяснение у меня. Я думаю, что этот заявитель больше у тебя не появиться, так что продолжай спокойно работать, а я улажу конфликт с дежурной частью.

Леонид, подумав с облегчением, что отделался легким испугом, направился в свой кабинет исполнять свои прямые должностные обязанности, а именно расследовать уголовные дела.

Прошла рабочая неделя, без каких-либо «странных происшествий» для него. Все его внимание было сосредоточенно на расследовании уголовных дел, по преступлениям, совершаемых в реальной жизни, а не на событиях мистического характера.

В один из дней, согласно графику, Леонид заступил на суточное дежурство. Как обычно, получив инструктаж и очередной дельный совет от дежурного офицера, «не появляться лишний раз в дежурке», он направился в свой кабинет.

Присев за свой рабочий стол, Леонид взглянул на шкаф и задумался, а не провести ли на всякий случай, утренний обряд следователя.

Умом он понимал, что все это сказки, но слепая вера в могущество шкафа, взяло вверх и он решился. Приоткрыв дверцу шкафа, Леонид протиснулся внутрь и встал между коробкой и вешалками с одеждой. Постояв так с минуту, он, уверовав в спокойное ночное дежурство, вернулся на свое рабочее место.

Выпив кофейку, Леонид разложил перед собой несколько уголовных дел. По ним необходимо было назначить разные экспертизы.

Справившись с этим, он убрал уголовные дела обратно в сейф и присел за стол.

В это время, Леонид увидел на другом конце стола, потрепанную книгу, которая лежала с прошлого его дежурства.

«Наверно, Дима оставил», – подумал он, протягивая руку за книгой.

Книга была старая, обложка была так затерта, что нельзя с первого взгляда, сложно было определить название и ее автора. С трудом, он все же разобрал название книги и автора. Это была книга Николая Васильевича Гоголя – «Ночь перед Рождеством».

«Николай Васильевич, Николай Васильевич!?», что-то, в этом звучании имени и отчества, ему напомнило, но что, он никак не мог вспомнить.

«Ладно, не буду забивать себе голову перед сном», – подумал Леонид, открывая первый лист книги.

«Гоголь, так Гоголь, тем более, читать то больше нечего. Судя по всему, Дима забрал свою книгу – „Двенадцать стульев“, так что будем читать про черта» – подумал он.