Побег на Альфу Центавра (сборник)

А почему ты не позвонила на сотовый?

– При твоей профессии?! А, если именно в этот момент тебе это помешает?

– Ну, это уже, скорее, моя забота. Ладно, обещаю в следующий раз оставлять для тебя сообщение на автоответчике.

– Отлично. Ты получила мой рассказ?

– Получила и уже прочитала.

– Ну и как?

– Хорошо, но мало.

– У меня их не так много написано, но если ты хочешь, еще пришлю.

– Могла бы и не спрашивать. Так это все же была Молли?

– Врачи иногда ошибаются, как сказал мой шеф, так что…

– Мне бы сейчас очень не помешало испытать на себе действие его эффекта.

– Что-нибудь серьезное? Можешь рассказать? Без имен, разумеется. Я попрошу Генри взять трубку.

– Вы до сих пор на работе? – удивилась я.

– Да, у нас срочный заказ, – но сейчас нам, пожалуй, будет полезно на короткое время переключиться на другие задачи, так как?

– Хорошо. Вдруг и вправду сработает.

Я рассказала Николь и ее боссу основные факты, изложив их в достаточно абстрактном виде, разумеется, не называя имен.

Хотя, Николь вполне могла и догадаться, о ком шла речь. Ведь Берта еще недавно была и ее клиенткой. Кроме того, известие о болезни министра Барри Элиота уже появилось в некоторых печатных источниках, да и упоминалось в теленовостях. Однако все это не имело особого значения. Когда я закончила свой рассказ, трубку взял Генри Тамон.

– Здравствуйте, Мэриэл, надеюсь, вы не против моего вмешательства? – услышала я впервые голос шефа моей американской подруги и, как показало дальнейшее развитие событий, этому голосу еще предстояло не раз выводить из застоя мои забуксовавшие мыслительные способности.

– Что вы?! – искренне воскликнула я, – я очень надеюсь на действие вашего эффекта, который не в коей мере не рассматриваю как вмешательство, скорее, как неотложную помощь.

– Ну, не знаю, смогу ли соответствовать вашим ожиданиям, но у меня есть вопрос: этот ваш министр, он министр чего? Если, конечно, это не государственная тайна.

– Он – министр юстиции, – ответила я.

– А раньше, он какую должность занимал?

– Насколько я знаю, был судьей.

– Вам не кажется, что имело бы смысл поинтересоваться, не освободился ли кто-нибудь из его клиентов?

– То есть, вы говорите о тех, кому он вынес приговор, будучи судьей?

– Да, но, разумеется, речь не пойдет о штрафе, или мелком хулиганстве, хотя и тут бывает всякое…

– А, знаете, это действительно мысль! Мне все время казалось, что связь между этими историями какая-то искусственная.