Берлинское кольцо

Ольшер сморщился, будто его настигла зубная боль.

– Господин гауптштурмфюрер!

– Ну, что вам? – простонал Ольшер.

– Господин гауптштурмфюрер, вы здесь еще?

– Неужели вы думаете, что я способен раствориться или вылететь в ваш дымоход?

– Нет, нет, просто стало тихо… И я напугался… Ночью тоже было очень тихо… Понимаете, тихо.

– Убирайтесь к черту! – ругнулся Ольшер.

– Как вам будет угодно… Только я теперь боюсь тишины.

– Боже мой, существуют же на свете такие кретины… – Ольшер запахнул шинель и шагнул через порог.

– А если господин хочет горячий кофе, я мигом…

– Благодарю. Пейте сами, – буркнул эсэсовец и отворил дверь на улицу.

6

Промежуток длиною в год несколько сократился. Остались незаполненными какие-нибудь месяцы. Но перескочить их и вернуться во Фриденталь мы не могли, точнее, не имели права. Унтерштурмфюрер, убитый на Берлинском кольце, мешал нам двигаться по намеченной схеме.

Получалось так, что Исламбек физически исключался из операции, которая позже продолжалась под кодированным названием «Феникс-2». О ней упоминается в донесении Берга в августе и затем повторно в сентябре и октябре. В последнем обширном докладе нашего разведчика, сделанном лично полковнику Белолипову, фигурирует Берлинское кольцо с дорожным знаком: «До поворота на Потсдам 2 километра», много раз называется начальник «Тюркостштелле» Рейнгольд Ольшер и документ, исчезнувший из кителя унтерштурмфюрера в роковую октябрьскую ночь.

Убийство и похищение произошло в октябре, а Берг доложил о нем, и то не специально, а в связи с другими данными, лишь в начале декабря. Видимо, наш разведчик ничего не знал о пакете в черной клеенчатой обертке. Не придал он поэтому значения и самому убийству, хотя объявление, обещавшее награду за выдачу английского агента, судя по докладу, не прошло мимо Берга, было изучено им и сделаны предположения, которые подтвердились дальнейшим ходом событий.

Странно только, что Берт нигде не отметил одну важную деталь в извещении полиции. Ее передал нам Фельске. В первом объявлении, назначавшем награду в три тысячи марок, была фраза: «Бежал важный государственный преступник, приговоренный к смерти».