Именем Федерации!

Поставил на место.

– Уверяю тебя: дьявол тут совершенно ни при чем. Это наука, если ты понимаешь, о чем я говорю. Строгая наука, раскрывающая пытливому уму невероятные тайны природы.

– А лечение бесплодия у нищих дурочек – тоже наука? – хитро прищурился отец Ансельм.

– Уже и об этом пронюхал? Что ж, если их мужья страдают бесплодием, то почему бы не подарить этим женщинам радость материнства.

– Почему же ты не излечил их своей мудрой светлой магией?

– Зачем такие сложности, если есть более простые способы?

– Выходит, решил соединить приятное с полезным?

– Тебе-то откуда знать о приятном? – хмыкнул Корнелиус.

– Молчи, старый прелюбодей, обуянный бесом похоти!

Монах взял третью склянку. В ней жидкость, исходящая пузырьками, забавно меняла цвет. – Представляю, как будут счастливы мужья нищих дурочек узнать о сути твоего лечения, – противно захихикал святой отец.

– Я мог бы стереть тебе память, зашвырнуть на Луну или куда подальше. Или превратить во что-нибудь.

– Так чего же ты медлишь? – Отец Ансельм немного струхнул, но внешне остался спокоен. По опыту он знал, что нельзя выказывать страх перед тем, кто сильнее тебя.

– Да вот, думаю, в кого тебя лучше обратить: в осла или хряка? Девушки могли бы кататься на тебе по двору. Впрочем, зачем мне жирная свинья в прекрасном саду?

– Послушай, колдун, – монах решил отвлечь Корнелиуса, – пока ты размышляешь над моей участью, не объяснишь ли, чем ты здесь занимаешься?

– Опыты, научные опыты, – отстраненно произнес маг, снял колпак, опустил его на пол и пригладил густую шевелюру.

– Отчего же! Приворотное зелье? Или хочешь вызвать бурю, наслать мор? А может, ищешь способы создания золота?

– В том нет ничего сложного. Но к чему оно мне? – пожал плечами Корнелиус. Было хорошо заметно, что беседа наскучила ему.

– Значит, ты все-таки можешь его создать?

Отец Ансельм весь напрягся. Если проклятый колдун создаст золото, то в его руках окажется важная улика.

– Конечно.

– Не верю!

– Ну хорошо же, Фома-неверующий, держи!

Корнелиус взмахнул руками, и перед самым носом ошарашенного отца Ансельма возник слиток золота. Монах в ужасе отшатнулся. Слиток упал, пребольно саданув его по пальцам левой ноги.

– Ай-я-а! – завопил монах, заскакав по комнате со склянкой в руке.

– Осторожно! – выкрикнул Корнелиус.