Девятая попытка Кота Митрохина

Наконец-то! Разгон, пятая передача, педаль газа в пол – и полетели! Прохладный ветерок, врываясь в окна, лохматил волосы и слепил слезами глаза. Пришлось немного поднять стекло, хотя неизвестно, что лучше: слезы от ветра или от Серегиного одеколона, по действию на обоняние напоминающего ирритант.

Серега полез в карман куртки и выудил из него пачку «LM». Тонкими пальцами подцепил за фильтр сигарету и потянул из пачки.

Только этого еще не хватало!

– Места для некурящих, – язвительно заметил я, когда сигарета показалась из пачки наполовину, со злорадством наблюдая, как Серегино лицо досадливо вытягивается еще больше.

– Злой ты какой-то сегодня, – проворчал он, с трудом запихивая сигарету на место. Убрал пачку обратно в карман.

– Не выспался.

– Оно и заметно. – Серый выпятил скошенный подбородок и отвернулся вправо.

«Ничего, будешь знать в следующий раз, как ездить на халяву», – продолжал злорадствовать я, искоса поглядывая на него.

И вдруг справа, наперерез мне, выскочила, не сбавляя скорости, здоровенная фура.

То ли водила одурел от многочасового бессонного бдения, то ли это его нормальное состояние – в общем, времени тормозить у меня не осталось.

Я вывернул руль вправо и вдарил по тормозам. Завизжали шины. Запоздало вскрикнул Серый. Машину повело, развернуло вправо.

– Да что ж за день-то сегодня такой! – только и успел сказать я, что есть мочи вцепившись в бесполезную баранку.

Машину перевернуло на левый бок, и она, вертясь веретеном, вылетела с обочины.

Низ, верх, низ, верх. Небо, земля. Удар – сильный, даже очень. Меня вышвырнуло сквозь лобовое стекло и припечатало к земле. Надо же, даже боли не почувствовал!

Боясь распахнуть глаза, ощупал себя и прислушался. Боль действительно не ощущалась.

Открыл глаза.

Над головой безоблачное синее небо. Лежу себе на молодой травке, дышу свежим воздухом. Тишина, покой. Но вот зашуршали тормоза, раздались торопливые шаги, крики. Я приподнялся на локтях – бегут в мою сторону. Много, человек десять.

Вот еще, и еще.

– Эй, народ, все нормально, – крикнул я, поднимаясь с земли и махая им рукой. – Я тут!

Нет, бегут не ко мне, а к моей машине. Вернее, к тому, что от нее осталось.

Машина выглядела жутковато: опрокинута на бок, передок смят в лепешку, крыша изувечена, левая водительская дверь вмята стволом дерева. Из движка что-то вытекает, над ним вьется сизый дымок. Рядом с машиной силится подняться с травы на непослушных руках Серый.