Девятая попытка Кота Митрохина

Вам с рождения забивают головы пустопорожней чепухой, тысячами наставлений и миллионами правил поведения, в которых может запутаться даже Он! Но при этом совершенно не учат мыслить. Все внушенное вы воспринимаете как истину, не озадачиваясь, откуда оно взялось и зачем вообще нужно.

– По-моему, вы несколько утрируете! – Я сделал шаг к Петру, гордо выпятив.

– Возможно, и так. Только не приближайся, пожалуйста. – Старец предупредительно выставил перед собой ладонь и отступил еще на шаг. – От тебя ужасно разит.

– Разит? От меня? – Я на всякий случай обнюхал себя. – Сдается мне, вы решили меня обидеть? – ввернул я фразу, услышанную в каком-то фильме.

– Ни в коем случае! Ваши грехи – они… ужасно пахнут.

– Не морочьте мне голову! – вскинулся я, обиженный подобным обращением. – Как грехи могут пахнуть?

– Нарушение информационной ауры, так сказать, воспринимаемое здесь как нечто обонятельное. Грехи, фигурально выражаясь, есть некое отклонение от чистых помыслов, гниение разума.

– Чушь собачья! – выпалил я, но осекся. – Прошу прощения, Петр.

– Вениамин, ты до сих пор полагаешь, будто находишься в теле, реально разговариваешь с ключником Петром, а здесь, за углом, тебя ожидают врата рая?

Петр чуть склонил голову набок, в его зрачках заиграли задорные искорки.

– А… разве нет? – Слова старца окончательно добили меня. – Здесь нет рая?

– Здесь нет ничего из того, что навыдумывал себе человек.

– Час от часу не легче. – Сраженный наповал, я тяжело опустился на землю, вернее, на то, что казалось землей. Ноги почти не держали. – Но почему я вижу небо, землю, цветы, вас?

– Фантомное зрение.

– Как-как?

– Ты слышал о фантомных ощущениях?

– Разумеется!

– Так вот, у тебя фантомные чувства.

– О-фи-геть! – У меня уже голова шла кругом. – Тогда что же я, в таком случае?

– Сгусток энергии, копия своего бывшего сознания, искусственно поддерживаемая в деятельном состоянии.

– Им? – уточнил я, ткнув указательным пальцем вверх.

– Делать ему больше нечего, – презрительно фыркнул Петр. – Для этого достаточно возможностей одной Его клетки. И меня, разумеется.

Мозг пронзила любопытная мысль.