Частный детектив

Здесь я могу предположить три… нет, даже четыре варианта: первый – искомая вещь уже изъята с вашего судна; второй – изъятие вещи по каким-либо причинам сорвалось (к примеру, пресловутый человеческий фактор), и попытка будет повторена в ближайшее время; третий – вещь утеряла свою ценность по каким-либо неизвестным нам причинам; и, наконец, четвертый – в жизни неизвестного нам человека произошло нечто очень серьезное, отвлекшее его от исполнения хорошо проработанного плана.

Дюпон, подхватив оба стакан, поднялся из-за стола.

– Могу предложить по бокалу отличного пива, – сказал он Стенсену, приближаясь к бару.

– Не откажусь. – Стенсен все еще ощущал некоторое раздражение, хотя и пытался его не показывать.

Та непосредственность и легкость, с которыми француз анализировал факты, принимал и отбрасывал умозаключения Стенсена и тут же извергал новые, поражала.

Дюпон же, молча наполняя высокие бокалы пенистым темным пивом, незаметно наблюдал за посетителем. Выбросив пустые пластиковые бутылочки в мусороприемник и выставив на стол вазочку с соленым арахисом и еще пару запотевших бутылок пива, Дюпон вернулся за стол.

– Дорогой Стенсен, с вами приятно общаться. – Детектив поднес бокал к губам и, опорожнив его сразу на треть, поставил на стол. – В наш потребительский век, когда человек стал подобен калеке, опирающемуся на костыли высоких технологий, редко можно встретить мыслящего человека.

На верхней губе Дюпона осталась полоска белой пены, которую он неспешно промокнул платком, извлеченным из кармана рубашки.

– К чему вы клоните? – насторожился Стенсен.

Дюпон похрустел орешками и запил их глотком пива.

– Вы не представляете, сколько людей сидело в этом кресле до вас и с каким трудом порой приходилось вытягивать из них информацию, необходимую для выполнения заказанной ими же работы. И не потому, что эти люди не хотели ничего рассказывать.

Дюпон сидел, чуть опустив голову, и наблюдал за пузырьками газа в пиве, срывающимися со дна и стенок бокала и стремительно, по узкой спирали взлетающими к поверхности.

– Неужели все так плохо на старушке Земле? – усмехнулся Стенсен.

– К сожалению, да. И я полагаю, это беда не только Земли.