Али-баба и тридцать девять плюс один разбойник

Однако праведниками в караване оказались далеко не все.

– Да ведь они пьяны! – воскликнул один из торговцев, поводя носом.

– Что? Как? – не поверил владелец каравана. – Это невозможно!

– Да вы посмотрите на их рожи! Они красные, как… как задница павиана. Видать, разморило на солнышке! – захохотал охранник, стоявший впереди всех.

– Никогда не видел павиана, – честно признался хозяин каравана. – Но, по-моему, очень похоже.

– Как же похоже, когда вы его даже не видели, почтеннейший Рахимбай? – усмехнулся торговец.

– Да какая разница! – лишь отмахнулся караван-баши. – Главное, они сегодня не будут на нас нападать.

– Вы ошибаетесь, – не согласился с ним другой торговец – толстый, вечно потеющий Абдулла. – Мне кажется, вон тот странный молодой человек пытается идти в нашу сторону.

Тот, кого назвали молодым человеком, действительно приближался к каравану, волоча за собой по песку саблю, ставшую почему-то неимоверно тяжелой. Махсум тяжело дышал, из его распахнутого рта свешивался язык, остекленевшие глаза смотрели в одну точку, а его самого нещадно водило из стороны в сторону.

– Эй вы, проклятые торгаши! – заплетающимся языком пробормотал Махсум. – Оставьте шмотки и мотайте отсюда подобру-поздорову – мы вас не тронем!

– Я что-то не понял, – Рахимбай повернул голову к Абдулле, обмахивающемуся свободно свисавшим концом чалмы, и удивленно вскинул редкие брови, – это он нам?

– Этот презренный нахал, возомнивший себя разбойником, пытается оскорбить нас, – следом за Рахимбаем возмутился Абдулла.

Охрана, обрадованная тем, что им наконец нашлось занятие по душе, накинулась на несчастного Махсума и его приспешников, ведь когда представится еще случай навалять самим «Коршунам пустыни»! Да и похвастать потом при случае можно. Конечно, никто из них не расскажет, что разбойники были в стельку пьяны и просто не могли защищаться, но разве это так важно?

Махсума опрокинули на песок сразу три человека и, закрывая носы тряпицами, такой отвратительный запах распространял вокруг себя молодой предводитель разбойников, принялись его воодушевленно мутузить.