Пляшущий ангел

– Ну, как у меня в доме? – спросил сияющий Григорий, присаживаясь на диван, обшитый потертой кожей. – Уютно, просторно, правда?

– Угу, просторно, – Бесцветно ответил парень, разглядывая иконы, висящие на деревянной стене.

Помещение было не маленьким – примерно шесть на восемь. Его стены были покрыты полинялыми обоями, на одной из стен висело несколько икон. По правую сторону окна стоял стол, покрытый поблеклой скатертью, небольшая скамейка и две табуретки. Бегло осмотрев иконы, парень посмотрел на своего старшего коллегу.

Пожилой автослесарь прочитал в рассеянном взгляде своего юного товарища уважение, и довольно улыбнулся.

– Я, Димка, его своими руками строил.

– Хм… Ты, Григорий Павлович, еще и домостроитель ладный. – Мечтательно проговорил Дима. Затем он присел на корточки, отвернул край циновки и постучал пальцами по полу. – Пол можно резьбой украсить.

– Это да. – Согласился Григорий. – Пол можно резьбой украсить. Бог даст – в выходные так и сделаю.

– Он тебе и так уже много дал.

Слова Димки заставили Полторухина задуматься.

Он долго и напряженно размышлял. Потом сказал своему юному другу: – Да, это ты верно заметил. Бог все дает, только делать самому надо. Правда?.. Правда, не хрен там задумываться. Вот, тебя дал бог – это добре… Это добре, но если бы ты эти четыре бревна не помог Ваське покласть – черта с два они бы сами поклались…

Дмитрий в очередной раз утвердительно кивнул. Григорий прыснул смехом.

– Но если бы боженька тебе не помог, ты бы и эти четыре бревна не поклал бы.

Так?

– В принципе так. – Ответил Дима, беспечно улыбаясь Полторухину. – Только не «черта с два», а «ни фига» не получилось бы!

Снова Григорий превратился в мудрого и отрешенного старца. Через минуту лицо его снова приобрело свой привычный глуповато-пренебрежительный вид.

– Ты молодец, Димка-грымка. – Сказал Григорий Павлович, нежно обнимая парня за плечи. – Ты и в бога веришь, и не сквернословишь, и людям по-божески помогаешь. Да?

Дмитрий стыдливо отвернулся от хитрых глаз Полторухина, но тот, смеясь, подошел к нему с другой стороны и пристально посмотрел в глаза.

Дима повернулся в другую сторону, но Григорий был настырным – он подошел к парню с другой стороны и, еле сдерживая смех, снова спросил: – Так?

– Так, так.

– Молодец. А меня научишь? А то я в бога верю, а молиться не умею. Я знаю, что надо креститься вот так (он перекрестился), а надо ж еще молиться. Так?

– Это да. Этому никого не научишь. Да и зачем этому учить.