Москва XXIII

Возвышавшиеся же над ними громады зданий – Совета Космоса, Совета Интеграции, Дома Просвещения – казались исполинскими хрустальными пузырями, парящими в воздухе.

Спустя час-другой, когда Башня Права повернется на 15 градусов, вдали появятся города-спутники – Радость и Надежда. Ближе к полудню замерцает над горизонтом сверкающая громада Дворца Труда. И так в течение суток, поворачиваясь вокруг своей оси, башня предоставит всем своим служащим возможность полюбоваться многообразием города с 50-миллиардным населением.

Гурилин любил этот город-гигант, необъятные просторы прирученных морей и обжитых океанов, тенистый полумрак и свежесть его лесопарков, суету и оживление центральных улиц и площадей. Любил безграничность его проспектов, величественные и смелые архитектурные ансамбли и чудесные фонтаны изысканных парков, любил какой-то странной, болезненной любовью, какой, верно, беспутная мать любит свое увечное дитя, плод разгульной ночи. Любил и ненавидел.

Он был первым и единственным детективом этого города. Полностью эта должность именовалась – «главный юридический инспектор по делам насильственных и антиобщественных деяний при Совете Права». По роду своей деятельности ему приходилось совмещать порой функции полицейского, следователя и прокурора, что, согласитесь, для одного человека несколько многовато.

В описываемое утро, а именно в четверг, 14 мая 2232 года, придя на работу как обычно в седьмом часу, он откинул гардины и открыл форточку, впустив в комнату струю свежего воздуха и немного городского шума.

– Рад видеть вас в добром здоровье, – сказал Пульт, когда Андрон опустился в кресло. Этот обряд ввел его предшественник. Он был чудаковатый малый, это Шёнбрунн, и на досуге любил поболтать со своим компьютером. Вероятно, в те времена в городе жилось поспокойнее, так что инспектору ведомо было слово «досуг»… Бедняга Шёнбрунн. Когда города захлестнула волна преступности, он просто взял и исчез, бежал от суеты, упреков и следствия, бросив на произвол судьбы свое любимое детище: универсальную кибернетическую систему следственной работы и охраны порядка.

– Благодарю, – ответил Гурилин, пробегая пальцами по клавишам и тумблерам Пульта и готовя его к работе. Взглянул на экран, на котором высветились логические цепи, схемы, и сказал:

– Главный инспектор приступил к работе. Вызываю Систему-1.