Эпицентр Тьмы

– Ну, мы-то пришли сюда, имея специальное задание, а вот что вы здесь делаете, Борис? – Глаза генерала смотрели мне точно в переносицу.

– Дык, товарищ… или господин… генерал, я это… бредун! – выдавил я. – Хожу, брожу, ищу, чем поживиться!

– Не лгите, Борис! – решительно рубанул рукой генерал. – Вас узнал один из людей Тихого! Ведь именно вы на протяжении семи лет командовали формированием, именуемым «Партизанский отряд имени Зои Космодемьянской», входящим в объединение, называемое Красной Армией, и получили прозвище «Палач Тарту»?

Бля-я-я-я-я-я-яяяяяя! Вот я попал! И что мне теперь ему ответить? Мол, обознался ваш человек – я не тот Борис Волков, а его брат-близнец и одновременно тезка-однофамилец.

А собственно, и что? Что он может поставить мне в вину? То, что пока он грел свои косточки на теплом Юге у синего (Черного) моря, я больше двадцати лет насмерть резался со шведами и эстонцами в лесах за Волховом?

Бросив «валять Ваньку», я поменял позу – сел поудобнее, откинувшись на спинку, и даже демонстративно оперся локтем на край стола.

Генерал опять переглянулся с Тихим, и тот снова малозаметно кивнул.

– Так что же вы, Борис Волков, здесь делаете? – с нажимом на моем имени спросил Белоусов. – Как вы узнали о нашей операции?

– Да я знать не знаю ни о какой вашей операции! – спокойно сказал я. – Я уже давно не занимаю командные должности. Год назад я был серьезно ранен, не мог ходить. Меня всю зиму выхаживали старушки из затерянной в лесах деревеньки. Выходили, но исполнять командирские функции я больше не мог – контузия дала побочный эффект в виде злокачественной опухоли позвоночника.

Жить мне осталось максимум до осени. Вот и решил перед смертью родные края повидать. И мой умерший друг тоже из Москвы и хотел умереть на родине.

– Вы лжете, Борис! – жестко сказал Белоусов. – Подобная сентиментальность для командира вашего уровня? Вы явно что-то узнали – иначе бы вас здесь не было!

В ответ на этот логически выверенный пассаж я только развел руками и улыбнулся.

Какой смысл оправдываться?

Видимо, Белоусов уже все решил.

– Карпов, Опанасенко! – резко позвал он.

Двое давешних охранников мгновенно ввалились в палатку, едва не оторвав полог – наверное, ждали команду. И она прозвучала.

– Взять! – четко сказал генерал.

Карпов и Опанасенко бросились на меня, как коршуны. Однако, хоть они и были наверняка отличными боевиками, но их выучка в непростой науке ближнего контакта значительно уступала ребятам Тихого.