Тени «Парадиса»

И, вообще, как говорил Руж, не надо делать поспешных выводов, пока не докопаешься до истины. К тому же, почему убийство? Вдруг это просто цепь случайных происшествий? Метеорная атака была? Была. Вероятность попадания в человека не исключена? Нет. И пожар тоже может быть случайным…»

Во время этих размышлений, Ришар внимательно осматривал шкаф и тумбочку, в надежде найти что-нибудь из вещей Лапарда. Но они были пусты. Очевидно, успели убрать все вещи. В санузле также ничего интересного инспектор не нашёл. С помощью специального универсального браслета Ришар обнаружил приборы наблюдения, которые, как он и предполагал, должны были находиться в этой комнате.

«Обычно, за людьми нашей профессии везде подслушивают и подсматривают», – подумал Ришар, действуя согласно наставлениям следователя Ружа. Таких приборов он нашёл всего три. Один загородил стулом, другой прикрыл курткой, а объектив третьего залепил пластырём. Микрофоны инспектор не трогал: при необходимости можно было громко не разговаривать, а писать диалоги на листе бумаги.

Спал он недолго, как ему показалось, когда сквозь дрёму прорвался гудок видеокона. На экране появился Дюпон и, как и предполагал Ришар, с унылым видом сообщил, что контейнеры с телами погибших сгорели. Они изготовлены не из металла, а из пластмассы, которая – увы! – неплохо горит.

«Врёт, наверное. Нужно проверить, все ли у них контейнеры пластмассовые? Неужели не могли в металлический положить?» – подумал Ришар и сказал:

– Ну, что ж… Я хотел бы осмотреть обсерваторию и побеседовать с врачом, производившим осмотры трупов. Кроме этого, желательно осмотреть вещи погибших…

Грустное лицо Дюпона стало ещё грустнее.

– К сожалению, вещи покойных по требованию их родственников отправлены на Землю.

«Я же обязательно проверю. Он что, не боится или уверен в том, что я не сделаю этого?»

– Обсерватория находится снаружи базы, на горе.

– Учили, – кивнул головой Ришар.

– Ну и отлично! Трупы осматривала Доновэй. Она же делала медицинское заключение. Её вы найдёте в медпункте. К сожалению, я не имею возможности сопровождать вас. Надеюсь, вы сможете действовать самостоятельно? – в голосе Дюпона засквозило ехидство.