Наследие Дракона

Когда слуги уже были готовы перейти к более активным действиям, раздался мощный бас:

– Свалили от него, мусор. Он не для вас.

– Да, господин Вит.

– Мы уже уходим, господин.

Слуги бодро поковыляли в другую сторону от юноши, видимо, новый персонаж им хорошо знаком, и опыт знакомства не самый приятный. Крепко стянутый юноша не мог повернуть шею, чтобы увидеть, кого так боялись слуги, но ему это не потребовалось: тот сам присел на корточки, чтобы их глаза были на одном уровне. Обладателем мощного голоса был лысый мужчина с синей татуировкой в виде лапы на всё лицо, а глубоко посаженные карие глаза пристально смотрели на Сая.

– Мне без разницы, кем ты был раньше: благородным лордом, магом, клериком или друидом. Сейчас ты – никто! Просто раб, который рано или поздно сдохнет на арене. Ты можешь и дальше пытаться прожечь своими глазами во мне дыру или постараться внимательно слушать, что я говорю.

Удостоверившись, что юноша начал внимательно его слушать продолжил:

– Меня зовут наставник Вит, и я работаю в гладиаторской школе семьи Ронаро. Твой нынешний хозяин, купец Дамн, заплатил нашей школе за то, чтобы мы проверили твой уровень как бойца, и после этого он примет решение, что с тобой делать дальше. Отправить на корм зверью, слить на разогреве толпы или подучить до более высокого уровня боёв, понимаешь меня?

Дождавшись кивка, резко срезал клейкую липучку со рта, с усмешкой слушая громкие вскрики и ругань юноши.

– Давно не видел пленников дроу, особенно с ошейником-блокиратором. Я тебе так скажу – очень дорогая и поганая штука, с помощью которой через управляющий артефакт владелец может доставить тебе массу «приятных» ощущений. Встань! Ну как, можешь идти? Не советую бежать от меня, в любом случае, не получится. Пока на тебе ошейник, тебя легко найдут, да и ту боль, которую можно передать через него, ты не вытерпишь.

Сай с трудом встал. Несколько дней в неподвижном состоянии даже для его организма было тяжёлым испытанием. Сделав легкую разминку, увидел довольную улыбку на лице наставника Вита. Груды мышц, высокий рост и лёгкая отмороженность во взгляде чем-то напоминали ему Трувора.

– Всё, я готов идти.