Аттракцион неприкаянных душ

Он включил ночник и, поднявшись с кровати, надел спортивный костюм, слышалась музыка, смех перемешивался с криками.

– Гребанные соседи, – закипал он.

Он направился на кухню и услышал, что идет перепалка у соседей. Один из голосов ему был знаком, Иван раскрыл ноутбук и посмотрел, что уже 02:43 ночи.

– Ребят, ну вы реально борзеете.

Иван обул кроссовки и, захватив сигареты, вышел на крыльцо, подкурил и стал слушать.

– Красотка, не заморачивайся, иди к нам лучше, повеселись! – доносился пьяный голос одного из соседей.

– Выключите музыку и прекратите орать, соседи жалуются! – узнал он голос Марины.

– Милая, я не вижу соседей, только одну курицу неудовлетворенную, которая кудахчет! – засмеялся уже другой голос.

– Иди к нам, мы тебя удовлетворим! – смеялся третий.

– Я сейчас вызову охрану, раз вы не понимаете! – не сдавалась Марина.

– Милая, тебе нас четверых мало, или тебя в семь х**в драть надо?

У Ивана в этот момент что-то щелкнуло, он резко поднялся со скамейки и, выкинув окурок, направился прямиком в гущу.

– Всего четверо малолеток, – успокаивал он сам себя.

Обойдя домик, увидел, что два парня стояло на крыльце своего домика. Худощавыми, смеялись, глядя на происходящее внизу. Там у крыльца стоял упитанный парнишка, вдруг кинул окурок в сторону Марины, которая пыталась вытащить руку из захвата крепкого парня спортивного телосложения.

«А вот и главный», – подумал Иван, наметив себе цель.

– Пошли в домик, и мы станем тише, ну только ты будешь кричать, если рот не занят будет, – язвительно говорил спортсмен, держа Марину одной рукой и демонстрируя этим свое превосходство в силе, другие заржали с его шутки.

– Давай, Димон, она почти согласна, – подначивал его толстяк.

Иван шел молча, но его заметил спортсмен.

– О, а вот и сосед, или охранник, а может это трахаль, – сказал он с издевкой в сторону Ивана.

Иван продолжал приближаться, не реагируя на слова.

Спортсмен, поняв настрой соперника, принял серьезный вид и, ухватив Марину крепче, отшвырнул ее толстячку, а сам развернулся полностью к Ивану корпусом, готовясь к драке.

Иван, немного замедлив шаг, улыбнулся во все тридцать два зуба, сначала выставил руки вперед себя развернутыми ладонями к Димону, прося успокоиться, и после развел руками, как будто хотел его обнять, сказал:

– Димончик, братуха, я тебя только по голосу и признал! – с такой искренностью и добродушием произнес Иван, что это обескуражило и Димона, и Марину, и всех других.