Сказка №19 (Это система, Рита)

Да, Рита забросила не только себя, но и семью. Но осознавала это только мимолётные десятки минут после очередных приступов. Вот, как и сейчас и многие дни подряд смотрела она, сидя на полуосвещённой кухне, на кружку свежезаваренного чая и совсем не знала, и не думала – что ей сулит будущее. Повернув голову, она взглянула в окно: «Середина лета, как тепло и солнечно». Встала и зашторила ненавистное окно. Не могла она выносить уже ни солнечного света и полного мрака, потому что ночью, снова приходила боль.

Рита услышала, что в комнате звонит мобильный телефон и неторопливо, уставшим шагом направилась на его поиски. Коллеги по работе уже давно не звонили, они бросили эту затею с беспокойством чуть ли не в первую неделю приступов. Ещё через неделю она уже не ходила на работу, а телефон перестал звонить, будто осознавал – «Нет, надо точно оставить её в покое, иначе и я сойду с ума в этой квартире».

– Да, – голос её был уставший и полон равнодушия. Она ответила на звонок, даже не посмотрев кто звонит.

– Рита, ты как? – послушался голос Миши.

– Нормально, – и опустилась на кресло, силы оставили её, усталость и недосыпание валили с ног. Держа телефон над ухом, левую руку положила на голову закрыв ей глаза.

– Я зайду, ты не против?

– Заходи, ключи у тебя есть, – тон голоса совершенно не менялся.

– Мы сможем поговорить?

– Нет, чему это ты снова начинаешь?

– Я устал, Рита. Маша устала. Твои родители не понимают почему мы уехали. Ты хоть знаешь где мы сейчас? – Миша начинал повышать голос.

– Приезжайте домой, только не трогайте меня, – и повесила трубку.

Через несколько минут в замочной скважине повернулся ключ. Зашел Миша, не снимая обуви направился к креслу. Он встал на колени и опустился к Рите обхватив её ноги своими руками. Опустил голову и говоря жене в халат сказал:

– Я не могу так больше, Рита. Я так больше не могу.

Кажется, из его глаз, ещё чуть-чуть, и хлынут слёзы отчаяния.

– Это всё?

– Да, моя бедная Рита. Всё! – решительным басом сказал Миша. За несколько минут он собрал оставшиеся вещи, которые он думал, никогда не будет уже забирать и оставлял их на «последнее слово» перед тем, как окончательно уйти. Эти вещи давали ему последнюю надежду – ещё раз, последний раз, поговорить с женой. Ещё через несколько минут он ушёл, не заперев за собой на ключ дверь.