Приключения в городе и деревне. Невыдуманные истории. Книга первая

Это меня негр надоумил…

– Это какой еще негр? – насторожился который в гражданском.

– Джамба. Он из Африки.

– Так… А нельзя ли подробнее? – попросил который в штатском.

Только начал Ваня рассказывать, как открывается дверь, в комнату заходит Джамба. На лице – тревога. Ваня оторопел от неожиданности. А Джамба подошел к милиционеру, какой – то документ под нос ему сует.

– Пардон, господин, – угодливо улыбнулся милиционер Джамбе, – вышла ошибочка.

Конечно, конечно… Забирайте вашего друга.

– Ну и ну! – рассмеялся Джамба.

Около ГУМа их ожидал легковой автомобиль. Как оказалось, Джамба – работник торгового представительства. Когда приехали на вокзал, водитель из багажника достал баян в футляре.

– Это твоему сыну, – сказал Джамба. Затем протянул Ване красивую брошь. – А это жене от меня на память.

– Спасибо! – растерялся Ваня. Тут обьявили об отправлении поезда.

– Надо сфотаться, – говорит Ваня. Попросил проводника сфотографировать их с Джамбой на перроне.

– Приезжай, Джамба, ко мне в Пеньково, не пожалеешь! В баньке попаримся. Жаль, конечно, что в Мавзолей не попали…

Деревенские сначала не поверили Ивану, когда он рассказал им о своих приключениях в Москве. Не поверили и фотографии с Красной площади.

«Нашел, чем удивить, – говорят. – в Москве негров – навалом».

А когда увидели фотку с перрона, где Ваня – с баяном и Джамба – рядом, то тогда поверили…

Вот такая история произошла с Ваней из деревни Пеньково.

Фото Владимира Анухова

4. Вредная привычка

Автобус приехал в село уже в сумерках. Отец стоял на обочине дороги, спрятав лицо в воротник полушубка. Мороз был такой, что перехватывало дыхание. Обнялись.

– Леня! Приехал? Ну, молодец, вот ты и дома…

Я протянул ему пакет с подарками. Он взял его и оглянулся.

– Подарки – это само собой, – говорит, – а самое главное – папиросы, Леня, привез?

– Как же, привез, папа, привез.

Он преобразился, тут же закурил.

– Что ты, сынок, папирос привез – спасибо, но ты их все матери не отдавай. Иначе, пиши пропало, заладила: не кури, не кури. Подумаешь – покурил. Все мужики в деревне курят, жизнь – то вон какая…

– А сколько маме отдать? У меня всего тридцать пачек.

– Тридцать не тридцать, а пачек десять отдай. Остальные – мне и сейчас…

Он посмотрел так, как будто его дальнейшая жизнь теперь зависит от моего решения.