Камень

Они славные и исполнены отменно. Но время вы выбрали не самое удачное, уважаемый Яков Агафонович. Государь сейчас совершенно недоступен. К тому же такой подарок может очень двусмысленно смотреться.

– Я понимаю. Кто ж знал, что так получится, – вздохнул гость.

Они разговаривали четвёртого июня – на следующий день после того, как император распустил Государственную думу. Время было нервное. Николай готовил реформу представительной власти, и все только и говорили, что события 1905 года могут повториться снова. Какие уж тут подарки в виде фигурок военных!

– М-да, – протянул Денисов и запустил пальцы в свою пышную шевелюру.

Воронов с надеждой посмотрел на него. Их отцы когда-то работали вместе, и он очень надеялся, что известный ювелир не забудет об этом.

– Вот что, – после недолгой паузы сказал Денисов. – А что, если вы подарите что-нибудь изящное на рождение княжны Анастасии? Оно у неё завтра. Если вы хотите заявить о себе, то лучшего случая и придумать нельзя. Делали ли вы собачек или кошечек из камня? Это невероятно модно сейчас.

– Конечно. Только вот то, что с собой захватили, уже распродали. Мало взяли, – скромно улыбнулся Воронов.

– Как же вы так, дорогой мой?! – Денисов-Уральский с укором посмотрел на него.

– Но зато у меня есть это, – Воронов достал из саквояжа маленькую коробочку и протянул её Денисову.

Алексей Козьмич открыл её, и глаза его засверкали.

– Ну вот же! Очень недурно, – он поднёс изделие ближе, чтобы лучше рассмотреть.

– Я попробую устроить вам короткий визит. Времени мало, но стоит попытаться.

Алексей Козьмич сдержал слово, и пятого июня Воронов с помощниками были приглашены в Александровский дворец в Царском Селе.

– У вас только пять минут, – сообщил им камердинер, открывая дверь, ведущую в Кленовую гостиную, и Яков Агафонович шагнул в светлую, просторную комнату.

Высокие разлапистые пальмы, цветущие гибискусы и другие комнатные растения делали её больше похожей на комнату гостеприимного дома, чем на одно из помещений императорского дворца.

Шестилетняя княжна в белом кружевном платье сидела за маленьким столиком и рисовала. Рядом с ней на диване расположилась её крёстная – великая княжна Ольга Александровна, младшая сестра Николая Второго.