Амулет. Подземелья украденных сердец

Чей-то разъярённый голос в трубке стал что-то выговаривать Стивену. Отец Уны покраснел, нахмурился и стал растирать шею, выслушивая эту тираду. Наконец он смог вставить слово.

– Но погодите, я же ведь чётко сказал… О господи! Да, правильно. Хорошо, я сделаю. Я сказал, сделаю. Сто пятьдесят процентов! – И он положил трубку.

И посмотрел на Мэриэнн снова.

– Даже не думай мне это сказать! – Её глаза в один момент стали холодными, как это часто бывало раньше.

Уна почувствовала себя неловко.

Раньше.

Да, до его отъезда они довольно часто ругались.

Уна это хорошо знала, поэтому смену настроения родителей уловила сразу же. Она посмотрела на отца, который, казалось, даже немного съёжился. Он и раньше так делал. Раньше. Опять это дурацкое слово.

Раньше, до того как он уехал от них. До того как отправился в этот далёкий и неизвестный ей город.

Это случилось три месяца назад. Три долгих месяца. Всё это время Уна ждала момента, когда они снова будут вместе. И вот они здесь.

Вся семья в сборе. Но Уна снова почувствовала холодок, пробежавший между родителями. Даже не просто холодок. Это был холодный ветер. Тот же самый ветер, который она много раз ощущала раньше.

– Я не могу. Я правда не могу. Я вызову вам такси.

4

Он взмахнул рукой, и автомобиль неизвестной Уне старинной модели подъехал к ним. Такси было не обычного жёлтого цвета, как это принято во всех городах мира, а тёмно-зелёного, даже изумрудного. Уна внимательно осмотрела машину и решила, что она ей нравится.

Пожилой водитель в ярко-оранжевом кожаном пиджаке и жилете в полоску вышел им навстречу. Он попытался взять чемодан у Стивена.

– Минуточку, – остановила его Мэриэнн, схватившись за ручку чемодана.

Стивен забрал у неё багаж и отдал водителю.

– Пожалуйста, не начинай. Я знаю, что ты скажешь, – приглушённо заговорил он. – И ты, возможно, будешь права. Но пойми, это всё совсем не просто. Эта работа…

– Стивен, ты обещал.

– Да, я обещал. Но как бы это ни было неприятно, ты должна…

– Я должна? Я ничего не должна.

Ничего, Стивен. Совершенно! – Она остановилась. – Я ведь стараюсь. Разве ты не видишь?

– Давай не будем, – ответил он. – Не сейчас. И не перед ней. Давай поговорим позже. Дома. Тебе нужно успокоиться сейчас, если ты хочешь, чтобы…

Уна стояла рядом и трогала носком ботинка раздавленный окурок, лежащий на дороге, стараясь делать вид, что не обращает внимания на разговор родителей.