Право на возвращение

Сары больше нет.

Икки облизал губы и испуганно поглядел на Брама.

– Ты, значит, вызвал нас сюда, ничего не собираясь нам дать? – спросил Брам агрессивно.

Джонни равнодушно пожал плечами:

– Самир – он у нас мечтатель.

– Пошли отсюда. – Брам поднялся со стула, но Икки схватил его за руку.

– Я много лет знаю Самира. Он сказал, нам надо поговорить с тобой.

– Не понимаю, чего я тут с вами разговариваю, – отозвался Джонни. – Ну ладно, Самир собирался сообщить вам нечто особенное. Поэтому я вас и позвал.

– Что? – Брам сел.

– Что она умерла.

– Умерла? – повторил Икки, вцепляясь титановыми пальцами в руку Брама.

– Что девочка умерла полгода назад.

– А Самир знал об этом? – спросил Брам.

– Нет.

Икки лихорадочно подыскивал слова, но так ничего и не сказал.

– Умерла от чего? – спросил Брам.

Внимательно рассматривая тлеющий кончик своей сигареты, Джонни сказал:

– Насколько мне известно, она заболела семь или восемь месяцев назад. И через несколько недель скончалась.

– И кадиш прочли? – пробормотал Икки.

Джонни покачал головой:

– Ты на какой звезде живешь? Конечно, нет.

– Она была еврейкой, – произнес Икки непреклонно.

Джонни затушил сигарету и тут же достал новую. «Ронсон» в его руке выплюнул язычок пламени. Он старался вести себя, как крутой парень, но видно было, как тяжело ему сообщать такие новости.

Брам спросил:

– Ты можешь назвать имена?

Джонни поглядел на него с жалостью:

– Ты это серьезно?

– Где она похоронена? – спросил Икки.

– В освященной земле. Она теперь, должно быть, в раю, иншалла, – он снова поглядел на экран. – Осталось восемнадцать очков. Грандиозный парень. – И повернулся к Икки: – Мне очень жаль. Могу себе представить, что вы чувствуете. Такая, excusez le mot[5 - Извините за выражение (фр.

4

Икки молча выводил автомобиль из лабиринта ?переулков. Брам тоже молчал. Икки не довел расследование до конца, окажись Джонни мошенником – им пришлось бы заплатить деньги за умершую девочку. Стояла жуткая жара, а кондиционер в «ровере» сломался. Брам открыл со своей стороны окно, и это беспокоило Икки. Дурные предчувствия не оставляли его. Презрительно сжав губы, он нервно вел автомобиль по улочкам арабского города.