Двенадцать подвигов Рабин Гута

– Я уже говорил вам, что от судьбы вашей вселенной в целом и России в частности зависит хрупкий баланс сил, предохраняющий миры от коллапсирования, – подвел черту Лориэль, но договорить не успел.

– Слушай, ты, мух болтливый, объясняйся нормальным языком, – оборвал его Жомов. – Уши уже пухнут от твоих дурацких словечек.

– Ну, естественно! У нормального человека мозги бы опухли, а у тебя, шкаф глазастый, они отсутствуют, – огрызнулся эльф и тут же махнул рукой. – Эх, послать бы вас всех к гномьей матери, да, кроме вас, это дерьмо разгребать некому.

– И куда мы для этого должны отправиться? – поинтересовался умный Рабинович.

– В античную Грецию, – настороженно покосился на него Лориэль. – А точнее, в один параллельный с нею мир. Там Зевс пропал.

Нашему удивлению не было предела. Мои менты завалили эльфа вопросами, и я бы тоже сказал пару слов, да вот никто из них нормального языка не понимал. Пришлось молча сесть на собственный хвост и слушать объяснения дальше.

Исчезновение Зевса из параллельной вселенной не прошло для нашего мира даром. После того как верховного бога Олимпа не стало, рассыпалась в прах вся структура древнегреческой религии. Следом за ней раскололось на отдельные анклавы, поклоняющиеся собственным богам, и без того не слишком дружное государство. Античные герои, воспетые легендами, начали шляться по различным городам и по большей части просто безобразничать.

Не знаю, известно ли вам, но лично я впервые услышал от Лориэля о том, что Рим основал один из почти греков. А точнее, троянец Эней, сын тамошнего крутого босса Анхиса и богини Венеры. То бишь греческой Афродиты. Он, дескать, сбежал с семейством из поверженной Трои, добрался до Италии и, опять же при помощи греческих богов, ее завоевал.

Это было… То есть должно было бы быть, но поскольку из-за нас не было Троянской войны, то и Эней никуда не сбегал, а римская цивилизация развилась под влиянием шумерских богов. Дальнейшие пакости перечислять можно кучами, но в завершение скажу лишь то, что на свет даже не появились монахи Кирилл и Мефодий, да и крестили Русь не в православие, а в какую-то странную помесь мусульманства и лютеранства.