Башни Судеб. CD-1/ Лабиринт Снов?

И это дивное неземное создание пока еще не хотело ПРО-БУДДИТЬСЯ… Оно сладко спало, а с вспотевших губ старика капала слюна, потому что создание уже принадлежало ему! Никогда она не улыбнется никому кроме него, никогда она не скажет «люблю», другому!

– Она создана для меня, она создана для меня, для меня, – шептал старик. Рука его со скрюченными пальцами вытянулась по направлению к хрусталю и длинные ногти с противным скрежетом заскользили по его граням, с радостью собственника-самца, любующегося своей будущей жертвой.

Стирающего с нее пыль, лелеющего ее, и ждущего часа, когда можно будет насладиться ею в полной мере.

– Моя, ты будешь моя, – захохотал он. – Ты не сможешь ничего сделать со мной, ты будешь любить меня и не скажешь нет моей любви, я заставлю тебя, – кричал он и эхо повторяло его слова. Щелчок… И..

И он вздрогнул от тоски, внезапно возникшей в нем, и заплакал перед этим хрусталем, где заключил все свои надежды. И самое страшное в этом чудовищном ощущении одиночества было то, что он не знал его причины, он не знал! «Прошлое, настоящее, будущее, где в этом лабиринте жизни сокрыта причина-истина, могущая подарить мне счастье»? Рухнув на колени, старик взмолился невидимой судьбе о снисхождении к его горю, и пламя неведомо откуда взявшихся свечей осветило это безумное лицо с широко открытыми глазами.

Минуты медленно текли, ему уже казалось, что он слышит его, этот неуловимый бег времени, слышит и чувствует легкий ход секунд-стрелок, время пожалело его, дав блаженную возможность разобраться в самом себе, но чуда не произошло, и счастье, такое неуловимое и далекое, не снизошло на него.

В голове Властителя возникали причудливые видения, хор давно умерших голосов звал его за собой в край понимания и покоя, которого он так жаждал. Где-то там был ответ нужный ему, ответ на мучивший его вопрос: «Кто я»?

«Наслаждение», – думал он. «Наслаждение, в чем природа его? Неужели страдания этого молодого тела принесут мне удовольствие? Неужели это и есть наслаждение? Может там, в прошлом, я знал другое наслаждение? Может есть что-то более высокое, что я потерял»? Он застонал, раздавленный болью этих соображений, и на память пришел другой вечер, в иной жизни, нечто случившееся давно и уже совсем исчезнувшее в пепле сгоревших времен.

Он вспоминал……

Молодой человек лет двадцати за столом, что-то пишущий со слезами на карих глазах, о чем то думающий, о чем то страдающий.